журнал решений: разложен по теме на файл, метки решений стали номерами

- DECISIONS.md (4040 строк, 65 тем) → decisions/, файл на тему плюс указатель;
- буквенные метки решений заменены сквозными Р1–Р234, следствия получили
  префикс С при прежних номерах: схема букв выродилась до пятибуквенных и
  сломалась — `АЕАКЛ` была занята и темой 53, и темой 65;
- 42 перекрёстные ссылки переписаны под новые номера и стали живыми; где номер
  означал тему, а слово стояло «решение», формулировка исправлена.
This commit is contained in:
av
2026-08-13 12:40:56 +03:00
parent b411d4edb8
commit bf6a173115
72 changed files with 4253 additions and 4053 deletions
+58
View File
@@ -0,0 +1,58 @@
# 59. Аудит четырьмя сабагентами: описания отстают от механики молча (2026-08-09)
Реорганизация была объявлена законченной «на бумаге», и я запустил по аудитору на
плагин — консистентность, самостоятельность, интегрируемость. Гейт при этом был
зелёным и остался честен: он проверяет ровно то, что умеет.
Нашлось около полусотни расхождений, и они **одного рода**. Каждый раз я правил
механику — вырезал спринт из скрипта, переименовал скиллы, перенёс судей — и
каждый раз не правил то, что механику **описывает вовне**: скелеты документов,
докстринги скрипта, уставы агентов, манифесты плагинов, README.
Самое дорогое: **скелет `CLAUDE.md` уносил слоты спринта в каждый новый проект**
через две недели после отмены спринтов. Скелет не описывает, а порождает: его
отставание не читается, оно исполняется.
**Механизм приоритета не запускался ни разу.** `--section` у `move` был
обязательным, а все три места, где груминг предписывает расстановку, дают команду
без него — usage error. Скилл написан, прогнан не был, и разницы между рабочим и
бумажным процессом не видно, пока его не запустят.
**Правило границы я же и нарушал.** Восемь дословных копий «путь в дерево чужого
плагина не пишется никогда» — и пять мест, где путь написан, одно из них строкой
выше собственного «пути туда конвейер не выносит».
Отдельно: **у описания плагина было два дома**, и три из четырёх разошлись. Класс
закрыт не дисциплиной, а машиной — `frontmatter.py` теперь сверяет `plugin.json` с
`marketplace.json`, а гейт разбужен на `*.json`.
Правки разобраны четырьмя пропусками по одному сабагенту на пропуск, с проверкой
результата каждого: скелеты и канон, исполнимость учёта задач, границы и стыки,
словарь и манифесты. Скриптовые правки проверены поведением на фикстурах, включая
настоящий git-репозиторий для `reopen`.
**Чего аудит не даёт.** Это было чтение. Ни один скилл по-прежнему не исполнялся
на живом проекте, и находки вроде «чекпоинт вырождается в ритуал» такой проверкой
не берутся по построению.
## Что из этого следует
**С195. Механика проверяется прогоном, описание — только чтением.** Поэтому
после каждой правки механики отстают именно описания, и отстают молча. Меняя
механику, ищи её отражения поимённо: скелеты, докстринги, уставы агентов,
манифесты, README.
**С196. Скелет дороже документа: он не описывает, а порождает.** Отставший
документ врёт одному читателю; отставший скелет уезжает в каждый новый проект и
становится там обязательным.
**С197. Копия правила не заставляет его исполнять.** Правило исполняется там,
где его проверяет машина или чужой глаз; восемь копий на видном месте не
помешали автору нарушить его пятью строками.
**С198. Бумажный процесс неотличим от рабочего, пока его не запустили.**
Команда, которую никто не набрал, может не существовать вовсе — и именно так и
было.
**С199. Два дома у факта расходятся не когда-нибудь, а сразу.** Из четырёх пар
описаний плагина совпала одна — та, которую с момента заведения не правили.