Тема 33 сняла самую большую разовую статью расхода, но не тронула главную —
частоту. Меряющая пара стояла в standard, то есть на большинстве задач, и именно
она делала прогон долгим: два прохода держат машину, идут цепочкой и доказывают
находки запуском. Цель разбора названа прямо: лучше поправить в следующей задаче,
чем держать одну два часа.
adversary и ops переехали в wide. Стадия осталась самой урожайной за всю историю
замеров — пять из семи выживших находок дозапуска и единственная находка про
молчаливый старт отката, — но её ценность оплачивается на каждой задаче, а
получается на немногих. Решение по цене, не по ценности.
Заведён review-basics: мелкая осадка двух тяжёлых проходов, без единого запуска.
Стоит только в standard. Восемь вопросов, на которые отвечают чтением: таймаут и
отказ соседа, идемпотентность и одновременная запись, остановка на середине,
частичный откат при двух версиях, наблюдаемость и тишина, очевидный рост объёма,
второй способ мимо единой точки (грепом, не картой), что отсюда удалить. Потолок
4 находки, машину не держит, ничего не меряет.
Вопрос про частичный откат — не для полноты списка. Без него правило «миграция
схемы не поднимает ступень» рассыпалось бы: раньше миграцию разбирал ops, а он
теперь наверху. Проход заведён затем, чтобы у standard остался хоть один взгляд
на ось времени.
Модель у него верхняя, opus, и это не спорит со словом «средний»: усилие режется
входом и потолком, а не моделью. Дешёвая модель на опиниативном проходе платит
триажем — это записанный замер, отменять его без нового замера нечем.
Лестница вышла 4/5/7. Главный выигрыш не в числе проходов, а в том, что из
standard ушла цепочка: теперь там гейт, три прохода одним сообщением и триаж —
граф плоский, ждать некому.
Правило выбора ступени переписано на два вопроса, и объём изменения вошёл в него
впервые. Крупное или незнакомое — трогает несколько узлов, переносит
ответственность, форму решения нащупывают по ходу — это wide, и он рассчитан на
5-10% задач. Мелкое — один узел, форма очевидна заранее, откат сводится к
обратной правке — quick. Всё остальное standard, рабочее умолчание. Раньше
ступень выбиралась только по классу изменения и на размер смотреть запрещала;
теперь признаков два: класс отвечает за обратимость, объём — за цену
разбирательства.
Отрицательный тест сохранил прежнюю мудрость в новой рамке: что после мерджа не
откатывается обратной правкой — не quick, каким бы маленьким ни был дифф. Три
строки миграции идут в standard.
Спорный случай решается вниз, и асимметрия объяснена ценой: ошибка в сторону
standard стоит находки на следующей задаче, ошибка в обратную — трёх тяжёлых
проходов на каждой задаче, выбранной неверно.
Сделка записана вместе с обратной связью, иначе это тихая потеря качества. На
quick и standard не проверяется ничего, что требует запуска: построенный путь,
эксперимент против драйвера, любое число. Это самая крупная граница покрытия
конвейера, и она идёт строкой в каждом таком прогоне поимённо. Сигналов о том,
что ступень занижена, два: журнал дефектов в docs/review.md и сам basics —
он единственный, кто смотрит на дифф целиком на нижних ступенях, и обязан
сказать строкой, если задача выглядит крупнее профиля.
Побочно: условие профиля design то же самое, так что rubric и architecture на
предложении тоже упали до 5-10% задач.
Тема 34 в DECISIONS.md, следствия 130-133. Версия канона не поднята; инструкция
проекту дописана в пункт 8 записи «Версия 4».
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
Прыжок standard → deep стоил самого дорогого прохода конвейера, а платить
приходилось за одну архитектурную находку: изменений, которые трогают
публичный контракт, но не вводят нового правила слияния, — большинство.
Ступень wide это standard плюс architecture (вход шире диффа, отсюда имя),
семь проходов против восьми.
Заодно вычистилась давняя неровность: триггер reimpl стоял внутри deep, и
профиль означал то семь проходов, то восемь — реестр состава, который
«сверяется взглядом до коммита», проверять было нечем. Теперь условие
«новое правило идентичности, слияния или разбора» выбирает профиль, reimpl
в deep безусловен и есть единственное отличие от wide. Барьер стоимости
остался только в deep: в wide за ним стоял бы один дешёвый проход с
потолком в 3 находки, а барьер сериализует то, что могло идти разом.
Цвет charter'а теперь кодирует модель, а не роль: sonnet → green,
opus → yellow, fable → red. Роль видна из имени, стоимость прогона —
ниоткуда, а список агентов читается взглядом.
scripts/frontmatter.py ловит три класса ошибок, невидимых при чтении:
- двоеточие с пробелом в незакавыченном описании — для YAML это вложенное
отображение, а не текст. Так было написано три описания из четырнадцати,
и читались они правильно;
- name, разошедшееся с именем каталога скилла или файла charter'а;
- цвет, не отвечающий модели: он ставится один раз при заведении charter'а,
а модель потом двигает калибровка.
Обе ветки проверены, коды выхода — общий словарь. Триггеры профиля в
canon.md и skeletons.md подтянуты под wide.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
Номер стадии не означал зависимости: между стадиями 1–4 ни один проход
не читает вывод другого, и очередь между ними была платой ни за что.
А правило про замеры держалось на двух именах и рассыпалось бы в день,
когда мерить начнёт третий проход.
Рёбер три вида, и они разной природы: зависимость (гейт → опиниативные,
все проходы → триаж), конфликт за ресурс (ненаправленный) и барьер
стоимости. Стадии остаются единицей состава, порядок задаёт граф:
уходит всё, у чего входящие рёбра закрыты.
Сериализует ресурс, а не имена: пометка «держит машину» — gate,
adversary, ops, triage; остальные читают и рассуждают. Проект вправе
пометить свой проход, снять пометку с перечисленных — нет.
Ранний выход заменён барьером стоимости и стоит там, где выход
зарабатывал: перед reimpl и architecture, то есть только в deep.
Отдельным абзацем — что ребро значит порядок и никогда не данные:
графовый словарь провоцирует обратное прочтение, а проход, увидевший
чужие находки, соглашается с ними. Исключение одно и оно же сток.
Диаграммы — mermaid, прогнаны через mermaid-cli. Режим прогона теперь
«по графу» / «линейно»; task-batch и task-pipeline подтянуты под общий
словарь, adversary и ops знают о пометке из своих charter'ов.
DECISIONS 15.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
- task-pipeline и task-batch запрещали шаг, который сами же добавили: раздел
границ и финальный доклад переписаны под снятую границу приёмки
- «триаж сводит строки в одну» противоречило «не сливает» — деградация снова
поразрядная во всех трёх местах
- канон не требовал в CLAUDE.md имени основной ветки, testdata и запретов, а
скелета CLAUDE.md не было вовсе — заведён
- обратимость жила в двух домах, читатели ходили в пустой; единственный дом
теперь CLAUDE.md
- заведены слоты «Единые точки проекта» и «Триггеры профиля», куда charter'ы
слали, а канон их не создавал
- блок «Вопросы к проходам» стал частью задания прохода: за ним ходили двое
из девяти
- чек-лист синка и правило «замер + настройка» сведены к одному дому;
plugin.json больше не про бриф
- удалены скилл project-brief и контракт брифа; вместо них references/
project-facts.md — карта «что нужно проходу → где лежит» и таблица
поразрядной деградации по документам
- девять charter'ов, review-pipeline, task-pipeline и task-batch переписаны
на пути канона; OpenSpec стал объявленной предпосылкой без ветки деградации
- шаг синка документации переписан в построчный доклад, закрытие задачи —
вызовом скилла av-dev-pm:tasks вместо строки-слота из CLAUDE.md
- по находкам ревью: docs.py звал tasks.py из чужого каталога и выдавал его
отказ окружения за дрейф; сверка миграций не видела рабочее дерево;
плейсхолдер краснел вместо замечания; сверка capability проходила по
совпадению с именем пакета; tasks.py не читал docs/.pm.json; скилл docs
пересказывал канон в пяти местах
- скилл project-brief: бриф собирается из CLAUDE.md, архитектуры, Taskfile
и конвенций и показывается человеку. Раньше единственная инструкция по
его созданию лежала внутри шаблона, поэтому деградированный режим был не
аварийным, а единственным: critical по основанию «нарушен инвариант»
недостижим ни на одной задаче
- rebase перенесён внутрь worktree задачи: прежняя форма падала на занятой
ветке, и агент уводил весь батч в провалившиеся с ложной причиной
- контракт брифа дополнен восемью слотами; проверен заполнением на обоих
проектах, незаполнимых нет. Прецедент healthlog вынут из общего charter'а
в бриф — там он вмёрз вместе с числами
- шов: пайплайн задачу не закрывает и записи учёта не трогает, урожай
отдаёт списком, правило остатка — ссылкой на av-dev-tasks
- деградированный абзац во всех девяти проходах, вопрос 9 в ops,
пространство имён в вызовах, раздел предпосылок
Пара плагинов с намеренно проведённой границей: av-dev-tasks отвечает
за то, что делаем и в каком порядке, av-dev-pipeline — за то, как ведём
одну задачу. Зависимости между ними нет: управление задачами работает и
с ручным исполнением, пайплайн — на проекте с любым учётом задач.
- av-dev-tasks — преемник av-dev-backlog: цели вместо приоритетов,
спринт под одну цель с заморозкой набора, различение вопроса и
блокера, каденция «вопросы — разбор — переоценка — набор».
Раскладка docs/tasks с items/, PLAN.md, BACKLOG.md, SPRINT.md,
REJECTED.md; проверенное из av-dev-backlog перенесено, не переписано.
- av-dev-pipeline — вынос того, что лежало копиями в healthlog и
jellybit (3628 строк) и уже разошлось: цикл SDD, конвейер ревью с
обязательным триажем, прогон нескольких задач разом. Проектная
специфика вынесена в файл-бриф, charter'ы несут метод.
Коммит фиксирует состояние на момент ревью: три прохода нашли
блокирующие дефекты (нет шага, заводящего бриф; git rebase на занятой
worktree ветке; sprint drop пишет наполовину) — они чинятся следующими
коммитами. Сохранено как база, от которой видно правки.
avandClaude Opus 5