Files

T

канон версии 3: роадмап, род работы, границы задачи

Три изменения одной версией, потому что все три про одно — можно ли
оценить задачу, не открывая код.

PLAN.md → ROADMAP.md. Слово «план» значило в репозитории три разных вещи:
оглавление целей, план реализации внутри задачи и PLAN.json разовой
адаптации. Переименовано целиком — ключ конфига tasks.plan → tasks.roadmap,
--index roadmap, --roadmap-sections, --roadmap. Старый ключ в docs/.pm.json
не игнорируется молча: скрипт останавливается кодом 3 и называет
переименование, иначе проект искал бы опечатку там, где на самом деле
версия канона.

Род работы — тег kind:feature|fix|chore|research, вторая ось поверх типа
записи. В один префикс их не свести: идея бывает про функцию, эпик функцией
и является. Дом — тег, потому что теги здесь единственный механизм
разметки, а list --kind работает даром; цена принята — в строку индекса род
не попадает. Словарь закрыт, иначе он разъедется на bug/bugfix/fix/defect.
Отдельно легализован chore: у него «что станет наблюдаемо иначе» отвечается
разработчику, а раньше такие задачи либо не заводились, либо придумывали
себе пользовательскую пользу — и это второе хуже, оно проходит проверку.

Раздел «Затрагивает» — границы, которых изменение касается: эндпоинт,
таблица и миграция, формат на диске, публичный тип пакета. Без него задача
оценивается по объёму текста, а не по объёму поверхности. Механизируется
только наличие непустого раздела: полноту перечня машина не видит.

Род и границы требуются к взятию в спринт, а не к заведению — тот же приём,
что уже работает для критериев приёмки, и по той же причине. check о
пропаже только напоминает: иначе два живых проекта покраснели бы на 98
задачах, заведённых до этого решения.

Плюс правила языка задач: англицизм, у которого есть русское слово,
заменяется; термин не из паспорта, архитектуры или конвенций вводится
строкой или не употребляется; задача, которую не удаётся сказать просто,
чаще всего не одна задача.

Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>

2026-08-04 16:49:58 +03:00

6.8 KiB

Raw Blame History

Декомпозиция и мозговой штурм

Обе операции превращают одну запись в несколько (или в ноль). Разница во входе: декомпозиция дробит готовую задачу или эпик, штурм прорабатывает идею, которая ещё не задача.

Тест декомпозиции

Задачу можно дробить, только если части удовлетворяют обоим условиям:

Мерджатся независимо. Часть Б не требует, чтобы часть А была уже влита. Есть порядок «сперва А, потом Б, иначе не собрать» → это не декомпозиция, а план реализации: шаги остаются внутри одного файла.
Каждая даёт видимую пользу. Часть, полезная только в комплекте с другой, — не самостоятельная задача. Пользу проверяй тестом «готова к взятию» (task-format): что станет наблюдаемо иначе именно от этой части и какие у неё собственные критерии приёмки.

Не проходит хотя бы одно — не дроби. Ложная декомпозиция плодит файлы, которые нельзя взять поодиночке, и переоценка потом склеивает их обратно.

Цель наследуется. Все части несут goal: родителя: декомпозиция не меняет того, чему работа служит. Если у части цель другая — это признак, что дробили не по той границе, либо что часть вообще из другой работы.

Что делать с родителем

После разделения родитель не остаётся третьей висящей строкой:

части полностью замещают его → close <slug> --reason "разложена на a, b". REJECTED.md здесь — не «выкинули», а именно тот след, что переживает запись: через квартал вопрос «куда делась задача X» отвечается строкой со ссылками на наследников, а не археологией git;
родитель осмыслен как зонтик → edit <slug> --type epic, тело — ссылки на задачи-части, своих шагов у него нет. Эпик не берётся в спринт и живёт ровно до тех пор, пока не закрыта последняя часть.

Зонтик, который перестал быть временным и описывает направление, а не работу, — это уже цель, а не эпик. Тип на месте не меняется (цель живёт в другом индексе): заводится [goal] в ROADMAP.md, задачи получают --goal <новый слаг>, эпик закрывается с причиной-ссылкой.

Когда декомпозиция случается посреди спринта

Задача, которая переросла в эпик, распознаётся до того, как под неё заведено предложение об изменении: иначе его придётся выбрасывать. Она помечается [epic], выходит из набора (sprint drop … --reason "переросла в эпик"), уходит на декомпозицию, а спринт продолжается остальными. Части заводятся сразу, но в текущий набор не добавляются — набор заморожен.

Мозговой штурм идеи

Идея ([idea]) не проходит тест «готова к взятию»: неясно, что именно делаем. Штурм проясняет — и это generative-операция, а не applicative.

Applicative-штурм («перечисли задачи, следующие из идеи») выдаёт очевидное: перечисляется то, что уже видно в формулировке. Ценное — на уровень выше.

Сперва — формы, а не задачи. Предложи три разные постановки идеи и назови компромисс каждой: что она даёт, чем платит, что оставляет за бортом. Если получилась одна постановка — штурм не состоялся, это applicative.
Вынеси формы пользователю через AskUserQuestion с компромиссами. Рамку выбирает он: это продуктовое решение, не механика.
Назови цель. Выбранная форма служит какой-то цели — существующей или новой. Идея, для которой цель не находится, скорее всего уезжает в REJECTED.md, а не заводится задачей.
Только выбранную форму дроби по тесту декомпозиции выше и проставь критерии приёмки: без них наследники останутся идеями под другим именем.

«Выкинуть» — полноправный исход штурма, а не его неудача. Проработка, честно показавшая, что пользы нет или она несоразмерна цене, — это результат: идея уезжает с этой самой причиной, и та причина гасит её повторное появление.

Доклад

Идея/задача на входе, выбранная рамка (для штурма), задачи-наследники со слагами, целями и секциями.
Судьба родителя: удалён / стал эпиком / стал целью / выкинут с причиной.
tasks.py check после правок.
Границы покрытия: какие постановки рассмотрены и какие сознательно отброшены — чтобы штурм не пришлось повторять с нуля.

6.8 KiB Raw Blame History Unescape Escape