Гейт проверял рабочее дерево целиком — то есть не то, что уедет в историю, а
то, что лежит на диске рядом. Плюс платил за это временем: пятнадцать секунд на
каждый коммит с правкой markdown, потому что одиннадцать блоков рендерились по
очереди, каждый своим запуском mermaid-cli со своим chromium.
diagrams.py научился двум вещам. Первая — принимать файлы списком: без
аргументов обходит репозиторий как раньше, с аргументами смотрит только
названные, отбирая из них markdown внутри корня (гейт передаёт весь staged, где
есть и скрипты, и удалённое). Вторая — рендерить пулом потоков: работа целиком в
ожидании подпроцесса, своего интерпретатора ей не надо, а потолок в восемь
воркеров упирается в память chromium, а не в двадцать четыре ядра. Порядок
находок берётся из порядка сбора, не из порядка ответов, так что вывод
детерминирован. Весь репозиторий — 3 секунды вместо 15, один файл — 1.
В хуке теперь {staged_files} у диаграмм, ruff и pyrefly. Два исключения
остались, и оба по существу: copies.py сверяет копию с домом, а дом лежит в
другом файле, которого в индексе может не быть — список staged дал бы «копии
дословны» ровно там, где правка дома их и разошлась; frontmatter.py обходит всё
за сотые доли секунды, экономить нечего. Оба объяснены прямо у своих задач.
ruff встал с --fix и stage_fixed: безопасное чинится само и доносится до этого
же коммита. Иначе исправленный файл оставался бы в рабочем дереве, а в историю
уезжал бы невычищенный — гейт зелёный, коммит грязный.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
54 lines
3.6 KiB
YAML
54 lines
3.6 KiB
YAML
# Гейт коммита: всё, что в этом репозитории проверяется машиной.
|
|
#
|
|
# Документы — то, что читает не человек, а машина, и чья поломка **не видна при
|
|
# чтении**: фронтматтер (его разбирает загрузчик скиллов), помеченная копия
|
|
# правила (расходится молча) и диаграмма mermaid (текст правдоподобен, рендер
|
|
# падает). Скрипты — ruff и pyrefly: они же стерегут ноль внешних зависимостей,
|
|
# без которого tasks.py и docs.py перестают работать в чужом проекте.
|
|
# Всё остальное (проза, устройство, язык) — предмет ревью, а не хука.
|
|
#
|
|
# **Что судится — staged-файлы, а не рабочее дерево**, всюду, где проверка
|
|
# умеет смотреть поимённо: гейт обязан судить то, что уедет в историю, а не то,
|
|
# что случайно лежит на диске рядом. Два исключения названы у своих задач, и оба
|
|
# — про то, что проверке нужен весь репозиторий по существу, а не для удобства.
|
|
#
|
|
# Ставится `lefthook install` (см. README, «Гейт коммита»). Обойти разово —
|
|
# `LEFTHOOK=0 git commit …`; обход законен ровно для того случая, когда чинить
|
|
# найденное нечем прямо сейчас.
|
|
|
|
pre-commit:
|
|
parallel: true
|
|
jobs:
|
|
# Обе проверки документов идут по всему репозиторию, и это не недосмотр.
|
|
# copies.py сверяет копию с домом, а дом лежит в другом файле, которого в
|
|
# индексе может не быть: список staged дал бы «копии дословны» там, где
|
|
# правка дома их и разошлась. frontmatter.py смотрел бы поимённо, но весь
|
|
# обход стоит сотые доли секунды — платить за него нечем.
|
|
- name: фронтматтеры
|
|
glob: "*.md"
|
|
run: python3 scripts/frontmatter.py
|
|
|
|
- name: копии правил
|
|
glob: "*.md"
|
|
run: python3 scripts/copies.py
|
|
|
|
# Самая дорогая проверка: каждый блок — свой запуск mermaid-cli со своим
|
|
# chromium. Отсюда и staged-файлы вместо обхода, и параллель внутри самого
|
|
# скрипта: репозиторий целиком — 3 секунды, один файл — одна.
|
|
- name: диаграммы
|
|
glob: "*.md"
|
|
run: python3 scripts/diagrams.py {staged_files}
|
|
|
|
# Линтеры — через uv: версии прибиты точно, и `uv run` берёт именно их, а не
|
|
# то, что оказалось в PATH. `--fix` чинит безопасное сам, `stage_fixed`
|
|
# доносит починку до этого же коммита — иначе она осталась бы в рабочем
|
|
# дереве, а в историю уехал бы невычищенный файл.
|
|
- name: ruff
|
|
glob: "*.py"
|
|
stage_fixed: true
|
|
run: uv run ruff check --fix {staged_files}
|
|
|
|
- name: pyrefly
|
|
glob: "*.py"
|
|
run: uv run pyrefly check {staged_files}
|