хранилище переехало с PocketBase на SQLite со своим каталогом файлов

- база своя: два пула, захват одним UPDATE ... RETURNING, шаги схемы на goose
  под файловым замком, одна миграция начальной схемы вместо семи прежних
- транспорт переписан на net/http: свои слои, свой ограничитель частоты,
  отдача файла с проверкой владельца; панель /_/ и пространство /api/ исчезли
- по находкам ревью: журнал не пишет путь под корнем приложения, ключ бюджета
  читается справа налево, узнавание известного идёт читающим пулом
This commit is contained in:
av
2026-08-23 08:06:04 +03:00
parent 1edf8cb225
commit c9b7765646
118 changed files with 11668 additions and 6679 deletions
@@ -0,0 +1,322 @@
## Context
Сегодня встроенное хранилище держит в этом коде шесть ролей сразу, и только две
из них про хранение. Что именно оно держит, чем за это плачено и чем платит
уход — измерено разведкой
[docs/research/storage-without-pocketbase.md](../../../docs/research/storage-without-pocketbase.md);
варианты («оставить как есть», «уйти целиком», «уйти в два шага», «локализовать
протечку») названы там же таблицей, а выбор и причины отказа от остальных
записаны решением
[ADR-2026-08-22-storage-without-pocketbase](../../../docs/adr/ADR-2026-08-22-storage-without-pocketbase.md).
Второй раз здесь они не переписываются.
Обстоятельство, которое делает работу дешёвой именно сейчас: стадия проекта —
стройка, на сервере данных нет, сервис остановлен. Раскладка каталога данных
названа необратимой, и цена её смены сегодня нулевая.
Ниже — только те решения, которых в ADR и разведке нет: они выбирают форму, а
не направление.
## Goals / Non-Goals
**Goals:**
- Человек, открывший приложение, не замечает смены вовсе: адреса приложения,
формы запросов и ответов остаются прежними.
- Второго периметра на порту сервиса не остаётся: всё, что отвечает, написано
нами и судится нашими правилами.
- Файл записи достаётся только его владельцу, и право пройти по ссылке даёт
узнавание, а не значение, выданное на предъявителя.
- Захват записи остаётся неделимым, и результат по-прежнему пишет только
держатель захвата.
- Сервис поднимается на пустом каталоге данных сам, без ручного шага.
**Non-Goals:**
- Замены панели владельца это изменение не приносит: экраны правки записи и
прослушивания несут отдельные задачи. До них у владельца сервиса остаётся одно
действие — возврат остановленной записи в работу, — и делает его подкоманда
оснастки, а не экран.
- Переноса прежних данных нет: переносить нечего.
- Загрузка частями, узнавание записи по хеш-сумме, удаление записи и вторая
копия рядом становятся выполнимыми, но этим изменением не делаются.
- Состав полей карточки и списка не меняется ни одним полем.
## Decisions
### Файлы записей лежат каталогом на запись
Каталог данных получает раздел записей, и каждой записи в нём принадлежит свой
подкаталог, названный её идентификатором. Внутри лежат копии — принятая и
приведённая, — под именами, которые задаёт сервис.
Что человек увидит иначе: ничего. Что станет возможным — вторая копия рядом с
первой, дозапись частями и уборка записи целиком одним движением; сегодня всё
это упирается в чужую раскладку.
Рассмотрено и отвергнуто:
- **плоский каталог, имя файла — идентификатор с расширением.** Отвергнут: две
копии одной записи в плоском каталоге различаются только приставкой в имени, и
уборка записи превращается в перебор по маске;
- **раскладка по первым знакам идентификатора** (как у git). Отвергнута: она
лечит переполнение каталога тысячами имён, а расчётная нагрузка — единицы
записей в день; платить за это нечитаемыми путями сегодня не за что.
### Файл отдаётся адресом приложения, а не адресом хранилища
Файл записи уходит адресом под корнем приложения, и вид копии называет
спрашивающий — тем же способом, каким называется вид текста. Обработчик судит
владельца записи и отвечает на чужую и на несуществующую одинаково.
Что человек увидит иначе: короткого токена файла больше нет, и порядок из трёх
шагов («узнавание → токен → ссылка») становится одним шагом. Отзыв доступа
доходит до файла сразу, а не через срок жизни токена.
Рассмотрено и отвергнуто:
- **своё значение на предъявителя, выдаваемое узнанному** — то, что было.
Отвергнуто: узнавание идёт на каждом запросе, второе значение ничего не
добавляет и создаёт окно, в котором отозванный доступ ещё работает;
- **ссылка со сроком и подписью** (как у объектных хранилищ). Отвергнута: та же
цена, что и у токена, плюс свой секрет подписи, которого у сервиса нет.
### Шаги схемы двигает `goose`, а не свой раннер
Шаги схемы накатывает `github.com/pressly/goose/v3` — **библиотекой, а не
командной строкой**: каталог шагов вшит в бинарник, провайдер заводится в точке
входа и получает пишущий пул базы, накат идёт до подъёма входов и до старта
воркеров, отказ шага роняет старт. Ни отдельного исполняемого файла, ни своего
шага выкладки не заводится.
Инструмент выбран решением владельца 2026-08-22. Он уже был в этом проекте и
ушёл вместе с PocketBase: возврат не приносит нового знания, а снимает часть
работы.
Из трёх норм, которые накат обязан выполнять, `goose` даёт две — и даёт по
факту, а не по обещанию:
- **шаг и отметка о нём идут одной транзакцией.** Накат одного шага открывает
транзакцию на том же соединении и внутри неё выполняет и сам шаг, и вставку
версии в таблицу учёта (`provider_run.go`: `beginTx` вокруг `runMigration` и
`maybeInsertOrDelete`). Отменяет это только сам шаг — пометкой `-- +goose NO
TRANSACTION`, — и мы её не ставим;
- **порядок шагов детерминирован.** Версия шага читается числом из имени файла
до первого знака подчёркивания (`NumericComponent` в `migration.go`), а
собранные шаги сортируются по этому числу (`sort.Slice` в
`provider_collect.go`). Порядок обхода каталога на исход не влияет: его
результат пересортировывается. Две одинаковых версии дают отказ сбора с обоими
путями, а не молчаливый выбор одной.
Третьей нормы — **исключающей блокировки наката**`goose` под SQLite не даёт
вовсе. Пакет `lock` поставляет два запирателя, и оба для PostgreSQL:
`NewPostgresSessionLocker` и `NewPostgresTableLocker`; интерфейсы `SessionLocker`
и `Locker` объявлены вместе с отказом `ErrLockNotImplemented`, а провайдер,
которому запиратель не задан, накатывает без всякой блокировки.
Блокировка остаётся нашей заботой и закрывается замком на файле в каталоге
данных: `syscall.Flock` с `LOCK_EX` берётся до наката и снимается после, а с
умершим процессом его снимает ядро — просроченного замка, который надо чистить
руками, не остаётся. Второй процесс, поднятый на том же каталоге, ждёт замка
либо отказывает. Норму держит требование capability `storage` «Сервис
поднимается на чистом каталоге данных», и написана она про поведение, а не про
инструмент.
Что человек увидит иначе: ничего, пока всё цело. Отказ схемы становится отказом
старта, а не отказом каждого запроса потом.
Рассмотрено и отвергнуто:
- **свой раннер** — чтение каталога шагов, своя таблица учёта, своя сортировка.
Отвергнут: три нормы выше ему пришлось бы выполнять самому, две из них
`goose` уже выполняет, а третья остаётся нашей при любом выборе. Плата за
свой раннер — код, который надо писать, отлаживать и держать, — вносится ради
экономии одной зависимости, уже бывшей в проекте;
- **схема одним файлом, приводимым к желаемому виду при старте.** Отвергнута:
инвариант проекта требует версионированных шагов и запрещает переписывать
применённый.
### Прежние шаги схемы заменяются одним шагом начальной схемы
Применённые шаги PocketBase удаляются каталогом целиком, и на их месте встаёт
один шаг, заводящий схему сразу такой, какая нужна. Это **снятие инварианта
проекта «Миграция, уехавшая на сервер, не переписывается»** — разовое, решением
владельца от 2026-08-22.
Причина: стадия проекта — стройка, на сервере данных нет, сервис остановлен,
выкладка пойдёт с чистого листа. Переписывать нечего: ни один из прежних шагов
не применён ни к одной живой базе, а новая база заводится другим инструментом и
другой таблицей учёта — отметки прежнего каталога ей не годятся вовсе.
Граница: снятие разовое и кончается этим изменением. Шаг начальной схемы, уехав
на сервер, подпадает под инвариант как всякий прежний — менять его можно будет
только новым шагом. Шаг гейта `migrations` при этом обязан смотреть на новый
каталог: оставленный на старом, он прочитает удаление прежних файлов как
переписывание применённого и покраснеет.
### База принимает одного писателя
Соединение для записи одно, чтение идёт своим пулом; журнал упреждающей записи
включён, соблюдение внешних ключей включено, ожидание занятой базы задано числом.
Все три задаются строкой подключения обоих пулов, а не запросом после открытия:
две из трёх настроек в SQLite принадлежат соединению, а не базе, и пул заводит
новые соединения по мере надобности. Числа переезжают в дом числовых настроек
проекта.
**Два числа заводятся ключами конфига сразу, этим же изменением:**
- `[storage] busy_timeout_ms` — сколько ждать занятую базу, миллисекунды;
- `[storage] read_connections` — сколько соединений держит читающий пул.
Оба крутят при одном и том же отказе — «база занята» под несколькими
воркерами, — и число воркеров у сервиса уже настраивается. Константами кода они
означали бы, что подбор ответа на этот отказ требует пересборки образа.
Операция, которая читает и следом пишет, идёт целиком на пишущем соединении:
читающую транзакцию SQLite до пишущей не повышает и отказывает по занятости сразу,
не дожидаясь заданного числом срока. Так идут захват записи и накат шага схемы.
Узнавание устроено иначе, и это решение владельца от 2026-08-23. Учётная запись
ищется читающим пулом, а пишущая транзакция открывается только когда поиск ничего
не нашёл; окно между двумя соединениями закрывает повторный поиск внутри
транзакции, а уникальность держит схема. Прежнее устройство брало писателя на
каждом запросе приложения — включая опрос карточки и запрос куска записи, — и
цена этого измерена: очередь к единственному пишущему соединению ожиданием
занятой базы не ограничена и отказом не кончается, а ждёт столько, сколько
занят писатель.
Что человек увидит иначе: ничего, пока настройка верна. Ошибка здесь видна
отказами «база занята» под несколькими воркерами — тем самым, что чужая
библиотека держала за нас двумя пулами, — а ошибка во внешних ключах не видна
вовсе: ничья запись просто заводится.
Рассмотрено и отвергнуто: **один пул на всё** — отвергнут разведкой,
измерившей, что драйвер пишет единственным соединением.
### Пакет хранилища называется `internal/adapter/repo/sqlite`
Пакет `internal/adapter/repo/pocketbase` уходит целиком, и на его месте встаёт
`internal/adapter/repo/sqlite`. Имя выбирается здесь, а не при написании кода: оно
разойдётся по импортам, по правилам `internal/archrules`, которые указывают в
пакет строкой, и по документам канона — переименование после этого стоит дороже
самого выбора.
Названо по драйверу, а не по роли: соседи в `internal/adapter` названы тем же
способом — `converter`, `metaviewer`, `recognizer`, — и «repo/sqlite» читается как
«репозитории поверх SQLite» без знания кода.
Рассмотрено и отвергнуто: **`internal/adapter/repo/db`** — не называет ничего, а
второй драйвер рядом с ним пришлось бы назвать по имени, и пара вышла бы
разнородной.
### Захват остаётся одним запросом с возвратом
Выбор пригодной записи и пометка её захваченной идут одним запросом, и он же
возвращает идентификатор записи и признак этого захвата. Признак уникален для
каждого захвата, и запись результата условна по нему.
Решение подтверждается, а не принимается заново: замер, которым выбрана очередь
таблицей, снят на том же драйвере, который остаётся после ухода. Отменяется одно
слово — таблица перестаёт быть коллекцией.
### Ограничитель частоты становится своим
Бюджет считается по адресу спрашивающего под корнем приложения. Объявленная
приложению частота опроса карточки по-прежнему выводится из доли этого бюджета,
а не из своей константы.
Что человек увидит иначе: включение нашего правила перестаёт вводить в действие
чужие правила на чужой поверхности — их больше нет.
### Панель не заменяется ничем, а возврат в работу делает подкоманда оснастки
Владелец сервиса теряет панель, и заменяющего её экрана это изменение не
приносит. Единственное действие, которое он делал панелью и которое нельзя
отложить до экранов, — возврат остановленной записи в работу — переезжает в
набор инструментов разработчика, `cmd/devtools`, отдельной подкомандой. Она
открывает базу того же каталога данных, зовёт домен и пишет событие журнала
записи с происхождением «человек».
Причины две, и каждая своя.
Первая: возврат в работу — не одно поле. Сбросить надо признак остановки, признак
захвата и срок его протухания, число отказов, паузу и время входа в рубеж; норму
держит capability `pipeline`. Рука, забывшая любое из них, оставляет запись либо
невидимой для захвата, либо останавливаемой снова первым же захватом — молча, без
единой строки. Подкоманда колонок не пишет: правило исполняет домен, а она
назначает порядок шагов.
Вторая: `entity.EventOriginHuman` теряет иначе единственного писателя — его писала
панель. Происхождение события в журнале записи стало бы константой, и различие
«это сделал конвейер» против «это сделал человек» перестало бы значить что-либо.
Что человек увидит иначе: вместо таблицы с полями у владельца одна команда с
одним предметом. Экраны приносят отдельные задачи, и подкоманда живёт до них.
Рассмотрено и отвергнуто: **правка строки в базе руками** — то, чем возврат
описывался до чекпоинта. Отвергнута: перечисленные выше поля человек за
клавиатурой сбрасывает по памяти, а событие журнала записи не пишется вовсе.
### Колонок `location` и `source` в новой схеме нет
Обе колонки заводятся сегодня, пишутся одним значением и не читаются никем.
`location` у сущности файла: туда пишется `local`, и второго значения (`s3`) не
пишет ни один шаг. Ветвления по нему в коде нет.
`source` у аудиозаписи: всякий приём пишет туда `api`. Второе значение,
`telegram`, держалось не потребителем, а ссылкой из применённого шага схемы —
вход Telegram убран 2026-08-14, и константа осталась только потому, что
применённый шаг не переписывается. Шаги уходят, и держать её больше нечем.
Ни одной колонки в новой схеме не заводится, и поля уходят из сущностей домена и
из их отображения в строки базы. Цена возврата названа прямо: поле, у которого
появится читатель — вторая копия в объектном хранилище либо второй вход, —
вернётся одним новым шагом схемы, и платится это тогда, а не сейчас.
### Колонки записи пишутся и читаются по имени
Отображение сущности в строку базы работает **именованными параметрами** запроса
и сканированием **по имени колонки**, а не позиционными списками.
Причина в самой сущности: у аудиозаписи поля одного типа — необязательной
строки — идут длинным непрерывным рядом, и ссылки на файл, на структуру реплик,
на два вида текста и на попытку распознавания стоят в нём подряд. Позиционный
список даёт сдвиг на одно поле, который компилируется молча и кладёт
идентификатор файла в колонку текста. По имени такого сдвига не существует
вовсе: лишнее имя или недостающее — отказ запроса, а не тихая подмена значения.
Инвариант проекта о колонках записи, правящихся в двух местах сразу, эта форма не
снимает: колонку по-прежнему можно забыть в отображении или в шаге схемы. Она
снимает **другую** поломку — ту, где колонка не забыта, а перепутана местом.
Сторожа инварианта в `internal/archrules` переписываются под эту форму: сегодня
они построены на динамической записи по имени колонки в API уходящей библиотеки.
## Risks / Trade-offs
- **Владелец остаётся без панели, а экранов ещё нет** → возврат остановленной
записи в работу делает подкоманда `cmd/devtools`, а прочая правка ждёт экранов;
сервис на стройке, живых записей нет, и цена ограничена этим окном.
- **Раскладка каталога данных меняется необратимо** → цена нулевая сегодня и
перестаёт быть нулевой после первой боевой записи; смена сделана до выкладки.
- **Отдача файла написана нами и может отдать чужое** → правило одно: обработчик
судит владельца записи, а чужая запись отвечает тем же, чем несуществующая;
проверка на это стоит критерием приёмки.
- **Единственный писатель настроен неверно** → отказы «база занята» под
несколькими воркерами; ожидание и размер читающего пула заданы ключами
`[storage] busy_timeout_ms` и `[storage] read_connections` и стоят в доме
числовых настроек проекта.
- **Шаг схемы не накатился, а сервис поднялся** → накат идёт до подъёма входов,
и его отказ роняет старт; критерий приёмки требует чистого журнала до строки о
готовности.
- **Два процесса накатывают схему на одном каталоге** → блокировки под SQLite
`goose` не даёт, и замок на файле берём сами; забытый замок виден только на
чистой базе, которую заводят один раз, поэтому проверка на два одновременных
наката стоит критерием приёмки.
- **Прежние адреса продолжают отвечать чем-то посторонним** → пути хранилища и
панели перестают быть корнями сервиса и подпадают под общее правило
неизвестного пути; критерий приёмки проверяет и подменённый знак в адресе
панели.
- **Норма отказа «узнан, но учётной записи нет» теряет свой единственный
случай** → ветвь снимается вместе с ним; вернуть её придётся задаче о личных
токенах, и там же она получит свой случай.