- разведка storage-without-pocketbase: шесть ролей библиотеки в этом коде, отпавший довод перевода, шесть модулей достижимы только через неё
- ADR-2026-08-22-storage-without-pocketbase заменяет три записи: перевод в PocketBase, очередь коллекцией, файл за защищённым полем
- задача storage-without-pocketbase встала первой строкой плана стройки
- пришедшего называет заголовок Remote-User от прокси, и верят ему только с
адреса из перечня trusted_proxies; своего входа у сервиса не осталось — ни
корня /auth, ни кук, ни срока сессии, ни секрета клиента в конфиге и в базе
- учётная запись заводится первым обращением: EnsureUser в пакете хранилища,
шаг схемы 202608220001 с колонкой provider_login и снятыми правилами users
- cmd/oidcstub заменён на cmd/devtools с подкомандой proxy; заодно закрыт
унаследованный DL3066 — пользователь образа назван числом
- main.go и journal_route_test.go переехали в cmd/transcriber без правок
содержимого; образ собирает ./cmd/transcriber поимённо
- cmd/oidcstub отвечает на /authorize, /token и /userinfo, проверок не делает
и слушает петлевой адрес: войти без Authelia стало чем
- ступень сборки приложения переехала на node:24 с alpine — musl ждёт ответа
на AAAA, которого нет, и npm ci висел вместо отказа
- заведён каталог web/ — Vue 3, роутер пятой версии, сборка Vite; собранное
вшивается через go:embed и раздаётся корневым маршрутом: разметка на
неизвестном пути вне корней сервиса, отказ контракта внутри корня
- перечень корней сервиса стал единой точкой и порождает регистрацию маршрутов,
а не описывает её; журнал раздачи пишет исход и длину пути, но не сам путь
- шаг front зовёт Node контейнером docker — Biome, юнит-тесты Vue и сборка
входят в гейт, а в Dockerfile появилась ступень приложения
- адреса приложения переехали в своё пространство `/app/`, опрос готовности
убран целиком: рубеж и причину остановки владелец узнаёт карточкой записи,
текст — отдельным адресом названного вида
- заведена единая точка отображения доменной ошибки и слой, приводящий к той же
форме отказы библиотеки: тело несёт машиночитаемый код рядом с сообщением
- у записи появились имя файла отправителя, длительность и размер своими
колонками, а у ленты владельца — свой индекс: без него страница сканировала
весь архив сервиса
- json-api-for-spa: адреса приложения уехали в своё пространство /app/,
приём стал POST /app/audiorecords, опрос /api/status/:id убран, заведены
список, карточка, текст, /app/me и /app/config; имя файла отправителя
легло своей колонкой рядом с заголовком
- три действия над записью — правка заголовка, возврат в работу и журнал
событий — собраны задачей audiorecord-actions
- голова очереди: контракт, каркас, экран загрузки, список, действия
- в прежних задачах поправлены адреса, рубежи конвейера и остатки Telegram
- шесть записей по кластерам причин: журнал под внешним значением, нулевой
код ответа в журнале, затирание вложения бедным ответом, открытый анониму
адрес подтверждения почты, рубеж расшифровки без работы, пределы длительности
- находка про код 500 у отказа приёма дописана в json-api-for-spa: там живёт
единая точка отображения доменной ошибки
- telegram-account-link и bot-api-only-through-bot-client оставлены с оговоркой,
что предмета у них нет до возвращения входа
- убраны клиент бота, транспорт обновлений, отправитель сообщений, сборка
входа при старте, секция настроек и зависимость go-telegram-bot-api; из
конвейера ушла доставка ответа отправителю — исход виден опросом готовности.
Колонки адресата и значение источника остались в схеме: применённые шаги не
переписываются
- шаг 202608140003 запрещает пустого владельца у аудиозаписи и у файла;
существующие строки он не проверяет, и это принято сознательно — искать их
надо запросом до выкладки
- ревью нашло два пред-существующих дефекта, оба закрыты: пустой второй ответ
распознавателя стирал сохранённую расшифровку, а пустая расшифровка перестала
быть заметной вместе с убранной доставкой. Попутно поднят golang.org/x/image
до v0.45.0 — красный шаг vulns, воспроизводился и на чистом master
- audiorecords вместо transcribe_jobs: приложения (texts, structures,
recognitions, record_events, topics) живут своими коллекциями, ссылки на
исходник и на приведённую копию перестали переставляться
- рубеж называет достигнутое, отказ стал признаком остановки с причиной, а
сторожей стало двое: число отказов и время в рубеже
- воркеры потеряли специализацию, их число задаётся [pipeline] workers, шаг
выбирается по рубежу, а захват отдаёт идентификатор и признак захвата
- колонка `owner` связью с `users` в обеих коллекциях новым шагом схемы
`202608140001`; чтение задачи сужено владельцем, и чужая, ничья и
несуществующая дают один ответ; правило просмотра файлов сужено им же
- приём по HTTP берёт владельца из сессии, а предъявителя без учётной записи
пользователя отвергает до чтения тела: позже пришлось бы убирать уложенный
файл, а уборки файлов сервис не умеет. Выборка воркера владельцем не сужается
- удаление учётной записи с записями отвергается стражем, и вешает его сама
сборка хранилища: сборка, забывшая его позвать, теряла защиту молча
- слово «провенанс» снято из словаря проектных текстов: у числа теперь
«происхождение», у вопроса и находки — «откуда»
- правлены форма вопроса в docs/review.md, шапка раздела об OIDC в
docs/research/pocketbase.md и две записи задач; формулировки прошли
вычитку агентами doc-wording и task-wording
- архив openspec/changes/archive/ не тронут: слово, верное на день записи,
остаётся свидетельством
- имя приведено к конвенции, которая сама называла его расхождением;
ссылки поправлены в README, CLAUDE.md, конвенциях, docs/review.md и двух
записях задач
- в шапке docs/conventions/config.md заодно поправлен второй пункт перечня:
проверки на старте у `[auth]` и `[telegram]` уже есть
- архив openspec/changes/archive/ не тронут: это запись о прошлом
- в секции [telegram] заведён обязательный ключ enabled: умолчания у него нет,
файл без него негоден; bot_token стал только ключом доступа и при
enabled = false не читается вовсе, а пустой при enabled = true роняет старт
- выключенный вход даёт подъём одним входом без единого обращения к Telegram и
записью INFO вместо прежнего WARN: это выбор владельца, а не отклонение
- отказ разбора файла настроек больше не пересказывает toml — её ParseError
несёт в тексте разбираемое значение, и оборванная строка секретного ключа
уносила его в журнал; теперь называются путь, строка, столбец и последний ключ
- CLAUDE.md, «Язык»: ссылаться можно на конкретную запись или на весь корпус
разом, но не на их количество — число протухает молча, машина его не считает.
Изъятие названо: неизменное число и историческое в записи о прошлом остаются.
- Сняты счёты capability, прогонов ревью, типизированных ошибок, воркеров,
сверок документов и правил линтера в docs/, спеке pipeline и CLAUDE.md.
- Заодно исправлено то, что этот же счёт и скрывал: типизированных ошибок три,
а не две — LostAcquisitionError был потерян из перечня.
- architecture.md: маркер над таблицей компонентов ссылался на
несуществующую capability delivery; теперь на intake, pipeline и storage,
и названо непереехавшее — приём из Telegram и деление текста по словам.
- review.md: проход, поднявший сервис, обязан его остановить, а меряющий —
убедиться, что отвечает его сборка. Цена правила уже заплачена: оставленный
процесс держал порт, и замеры ушли к прежней сборке.
- Клиент бота собирается один раз и достаётся отправителю и транспорту;
разрез прошёл по «ответил ли Telegram»: ответ «такого бота нет» роняет
старт, недоступность даёт подъём без Telegram (ADR-2026-08-13). Ожидание
при сборке ограничено сроком — иначе молчащий Telegram вешал подъём.
- Недоставленный ответ не роняет шаг: пишется с job_id и считается метрикой,
уровень по причине — WARN для неподнятого входа, ERROR для неназванного
адресата. Заведены transcriber_intake_up и transcriber_undelivered_reply_count.
- Закрыта утечка токена в журнал: отказ разбора адреса рождается раньше
обращения к клиенту, то есть мимо чистки на его границе.
- Прежнее имя «Проверки о самих проверках» читалось против запрета в CLAUDE.md,
хотя правила в нём — линтеры над кодом проверок, то есть тот же один уровень.
- Двадцать сценариев шага были единственной проверкой над проверкой в проекте;
запрет CLAUDE.md остался без исключений.
- Ссылки на файл сняты в памятке, конвенции линтеров, журнале ревью и статусе
ADR о спеке toolchain; норма шага живёт комментариями в самом скрипте.
- Уровень проверки один: линтеры и тесты судят код сервиса, судить их самих
проект не берётся; названы попавшие под запрет виды работ.
- Пересказ решения в go-linters.md и review.md заменён ссылкой на дом.
- Из «Любой узел» в review.md убраны три свойства о годности самих проверок:
мутация теста, мутация оракула критерия, требование без сценария.
- Из go-linters.md снята «Лестница механизации», ссылки на неё переписаны
в конвенциях, их индексе и журнале дефектов.
- Инструментарий проекта спеками не нормируется: capability toolchain удалена,
норму шага сверки версий Go держат его проверки в scripts.
- Перечень capability в архитектуре и ревью сокращён до четырёх, решение
ADR-2026-08-12-spec-norms-build-toolchain помечено устаревшим.
- Отменены migrations-step-norm-and-tests, gate-steps-subject-guard и
review-config-from-go-upgrade: много механики, мало пользы.
- go-linters.md больше не числит отсутствие проверок шага migrations долгом —
это решение, а не незакрытая работа.
- ссылки на tasks/ROADMAP.md переведены на BACKLOG.md и на openspec/specs,
упоминания целей — на задачи, которые эту работу делают;
- судьи документации нашли восемь расхождений: Purpose спеки pipeline объявлял
неописанным то, что уже нормирован пятью требованиями, вид времени в
конвенции спорил со схемой, а квоты, шесть часов и отказ от Web Push жили
сразу в двух документах без ссылки друг на друга;
- два числа получили провенанс: 259 200 запросов в сутки и потолок в шесть
часов теперь ведут к записке разведки, а не читаются как замер.
- Перевод на канон 1 доделан: адреса служебного файла и имена скиллов
переставлены в девяти местах прозы и кода, гейт зовёт три скрипта по новым
путям, прежние docs/.docs.json и tasks/.tasks.json удалены.
- Сверка двумя агентами нашла четырнадцать расхождений, тринадцать сведены
строками: число прогонов ревью и преамбула журнала дефектов, счёт capability,
маршруты README, дубли инварианта захвата и кодов прогона, протухшие указатели
записок разведки, маркер долга на переехавшем абзаце. Срок жизни сессии
нормирует спека access, database.md на неё ссылается.
- Purpose спеки pipeline объявляет неописанным то, что в ней же и стоит; правка
идёт изменением openspec, поэтому заведена задача pipeline-spec-purpose-drift.
- порядок заведения правила пополнен строкой: правка, снявшая последнее
употребление импорта, роняет сборку, а не проверку, и её вывод легко принять
за сработавшую мутацию. Случай был в этом же сеансе — проба приёма по HTTP
- в go-linters.md заведён раздел «Отмена и внешний собеседник», перечень
механизированного пополнен девятью правилами и двумя шагами гейта, названы
остатки: contextcheck не видит сигнатуру без контекста вовсе, шаг migrations
судит только шаги, бывшие в базе диффа, rowserrcheck и sqlclosecheck
профилактические — предмета в коде нет
- в logging.md и security.md чистка отказа Telegram описана по факту: точка одна
и лежит на границе клиента, закрыты все пять путей вместе с логгером самой
библиотеки. Прежнее «*Расхождение:* вычистки нет... она не логируется» было
неверным дважды
- в журнал дефектов записаны две находки: отказ скачивания уносил токен бота
(проскочил, жил с самого начала) и остановка сервиса хоронила конвертируемую
запись в failed (поймано ревью до коммита)
- вопрос темы operations про отмену переформулирован: спрашивать надо не
«доходит ли контекст», а «что шаг делает с задачей, деньгами и ответом
отправителю»; вопрос про таймаут оставлен с оговоркой, что проброс контекста
на него не отвечает
- в памятке: словарь кодов новых шагов, требование компилятора C у детектора
гонок и оговорка, что «CGO не нужен» относится к сборке, а не к гейту
- документ docs/autotests.md снят: перечень правил, подавлений и лестница
механизации — это конвенция о том, чем машина читает код, и место ей среди
прочих записей
- в шапке названо, чего в записи нет: как писать тесты. Свойства, которые обязан
проверять тест, остаются в review.md, «Типовые узлы»
- ссылки переставлены в памятке, индексе конвенций, четырёх записях, review.md,
.golangci.yml, lefthook.yml и пакете сканеров
- лестница механизации из пяти ступеней, два круга проверок, перечень правил
таблицами по родам, перечень подавлений с причинами, порядок заведения
правила; названы остатки правил и отклонённые подъёмы
- утверждения «Механизировано» в четырёх записях конвенций и единые точки в
architecture.md приведены к сегодняшнему состоянию; изъятие «транспорт знает
адаптер хранилища» названо строкой
- в журнал дефектов записаны две находки: узнавание конца потока по тексту и
правило гейта, обходимое одной лишней строкой
- перечень «Механизировано» и то, что осталось прозой, снято из конвенций: они
про то, как писать код, а не про инструменты, которые его читают
- новый документ — дом темы ревью autotests, с границами: семантика гейта
остаётся в CLAUDE.md, журнал дефектов и вопросы по темам — в review.md
- вопрос ревью о суждении по готовому ответу сужен до того, что машина не
проверяет: до ответа мимо recorder
- шаг vulns гоняет govulncheck последним: ему одному нужна сеть, и он самый
долгий; отсутствие инструмента даёт код окружения, а не пропуск
- закрыты обе достижимые находки — grpc до 1.82.1, aws-sdk-go-v2/service/s3 до
1.97.3 с eventstream 1.7.8; прогон на реальных ключах Yandex не делался
- место шага названо в семантике гейта: он судит достижимость из кода, и
недостижимая GO-2026-5932 в golang.org/x/crypto/openpgp его не роняет
- forbidigo с analyze-types запрещает в файлах проверок обращение к
httptest.ResponseRecorder.Header и .HeaderMap: правило судит по типу
приёмника, поэтому ловит и цепочку, и переменную, и индекс, и обход
- класс стоил трёх зелёных гейтов при неработающем коде; правило записано
строкой в перечне механизированного, прозой не дублируется
- поправлены два утверждения «механизировано: ничего», разошедшиеся с
включённым линтером и со сверкой шага схемы
- шаги PocketBase переехали из файла в пакет
internal/adapter/repo/pocketbase/migrations, файл на шаг с именем
зарегистрированного шага; туда же имена коллекций, срок сессии — в provider.go
- ключ migrations в docs/.docs.json наведён на этот каталог: прежнее значение
указывало на несуществующий migrations/, и шаг гейта проходил зелёным при
всякой правке схемы
- app.go подключает пакет шагов явным пустым импортом: пропавшая ссылка на
константы унесла бы регистрацию, и хранилище поднялось бы без коллекций
- периметр: passport.md и security.md больше не утверждают, что HTTP API
открыт без аутентификации, а review.md не числит эту находку типовой
ложноположительной — приём, опрос и файл закрыты сессией с 2026-08-12;
- logging.md писал, что расширение попадает в журнал полем пути: описано
изъятие инварианта приватности — собственное поле, имени и пути нет;
- узел ревью переименован в repo/pocketbase, поведение конвейера из обзора
уехало ссылкой в спеку pipeline, Purpose спеки storage написан вместо
заглушки, в ADR о переезде дописано уточнение о действующей раскладке.
- шаг схемы закрывает поверхность, которую хранилище приносит открытой:
собственную регистрацию, вход по паролю и одноразовый код — без этого
закрытие приёма обходилось двумя запросами
- продление сессии выключено, срок семь суток: иначе отзыв доступа у
провайдера до сервиса не доходит никогда
- файл записи отдаётся вошедшему по токену файла — пересмотр
ADR-2026-08-12-file-link-open-but-not-logged
- шаг go-version в task gate сверяет объявленную версию в go.mod, Dockerfile,
CLAUDE.md и README.md; судит по репозиторию, go не зовёт, docker и сети не
требует
- заведена capability toolchain: до сих пор спеки нормировали только поведение
сервиса, теперь и инструмент сборки. Причина и цена — в двух ADR
- закрыт дефект 2026-08-12: образ на golang:1.24-alpine разошёлся с go.mod и
перестал собираться, а восемь шагов гейта и шесть проходов ревью были зелёными
- записи, метаданные и файлы съехались под один каталог данных; появилась
панель владельца, а gin, goqu, goose и требование CGO ушли
- захват задачи стал одним запросом с RETURNING; заведены число попыток,
состояние dead и нарастающая пауза вместо признака is_error
- имя файла в хранилище задаёт сервис и в журнал не идёт: вместе с
идентификатором записи оно собирало бы ссылку на скачивание
- признаки «работы нет» и «задача не найдена» узнаются по смыслу, а не
приведением типа: обёртка `%w` на пути больше не превращает пустой прогон
воркера в отказ раз в секунду
- отказ закрытия соединения с распознавателем доходит до вызывающего
(`errors.Join`) либо до журнала; у `errcheck` включён `check-blank`, иначе
критерий принимал реализацию, выбрасывающую отказ в пустоту
- заведены первые тесты пакета worker и capability `pipeline`; долг из четырёх
замечаний линтера закрыт, гейт зелёный целиком
- хвост после последней точки попадает в журнал внутри пути файла и остаётся
там осознанно; наружу он выходит только приведённым к перечню
- в модели угроз это перестало читаться незакрытым остатком
- расширение приводится к перечню известных форматов прежде метки метрики:
страница метрик открыта, и хвост имени уезжал на неё дословно
- проверки приёма перехватывают все три потока журнала и читают реестр метрик,
каждая падает при снятии того, что сторожит
- заведены записка разведки docs/research/spa-framework.md со сравнением Svelte,
Vue и React на одном экране и решение ADR-2026-08-11-spa-on-vue
- docs/conventions/web-ui.md переписан под Vue: компоненты, маршруты, состояние,
обращение к API и показ ошибок
- закрыт вопрос «Приложение» в docs/architecture.md, уточнена задача spa-skeleton
- заведены записка разведки job-queue-choice и ADR: готовые библиотеки River и
goqite отвергнуты, захват сворачивается в один запрос с RETURNING
- в architecture.md уточнён принцип «очередь таблицей» и закрыт открытый вопрос
«Очередь», кроме холостого опроса
- задача pocketbase-storage забрала очередь себе: границы, счётчик попыток,
состояние «мертва» и оракулы
- сняты повтор слова в записке разведки и та же строка в цитате ADR,
убран термин «чекпоинт», разведена цепочка местоимений в паспорте
- oidc-login: «зачем» перестало повторять тело, задача заявила пункт 3
«Завершения» цели multi-user — он не был закрыт ни одной её задачей
- разведка pocketbase-admin-fit ответила замером панели версии 0.39.10:
записка в docs/research/pocketbase.md, решение — в ADR
- панель показывает файлы и пользователей только своих, поэтому файлы
переезжают в её раскладку, а вход идёт через её провайдера OIDC
- периметр расширился панелью на /_/ и паролем суперпользователя;
закрывает её Authelia на прокси, задачи в беклоге у этого нет
- README разгружен: контракт HTTP API, таблицы БД, состояния задач и белый
список отданы нормативным источникам ссылками
- в `architecture.md` и `review.md` числа и механика захвата задачи заменены
ссылками на `database.md`, а описание конвейера ревью — на прогон от 2026-08-11
- в `CLAUDE.md` и `security.md` поправлены границы домена, оценка объёма записи
и адрес очереди задач
- `docs/.pm.json` переименован в `docs/.docs.json`, версия канона — 14
- ADR принимает записку разведки как источник решения наравне с архивным
`design.md`
- заведён `tasks/.tasks.json`, а в описании гейта — шаги `tasks.py check` и
`openspec.py check`
- data-ownership — обратное право к бессрочному хранению: человек убирает свою
запись вместе с файлом, объектом в Object Storage и всеми уровнями текста;
- delete-record закрывает все пять пунктов цели: подтверждение, необратимость,
чужую запись не тронуть, повторная загрузка того же файла заводит новую
задачу, а строки потребления остаются — деньги потрачены;
- docs/security.md: пункт «Удаление данных по требованию» перестал говорить,
что задачи под это нет.
- заведён раздел «Куда уходит содержимое записи»: к Object Storage, SpeechKit и
Telegram добавляются языковая модель за bifrost, канал уведомлений и почта;
- целевое разграничение доступа описано четырьмя механизмами вместо белого
списка: сессия OIDC, владелец записи, личный токен, признак владельца
сервиса; токен — первый секрет, который живёт в базе, а не в конфиге;
- исправлено неверное утверждение про логи: имя файла отправителя пишется
строкой transcribe.go:107, чинит это задача no-user-filename-in-log;
- бессрочное хранение и отсутствие квот записаны в «Что вне модели» как
следствие решения паспорта, а не как недосмотр.
- паспорт: сервис объявлен архивом с бессрочным хранением записей и текстов,
машинная вычитка расшифровки внутри границ, приложение — основной вход;
добавлены две границы: не файловое хранилище общего назначения и не биллинг;
- заведены цели upload-reliability, user-settings, usage-stats и тринадцать
задач; очередь пересобрана — сперва починки, затем разведки о хранилище,
затем доступ и владелец, и только потом экраны;
- архитектура: четыре новых открытых вопроса — приём большого файла, учёт
расхода, срок хранения, потолок шести часов.
av