- база своя: два пула, захват одним UPDATE ... RETURNING, шаги схемы на goose
под файловым замком, одна миграция начальной схемы вместо семи прежних
- транспорт переписан на net/http: свои слои, свой ограничитель частоты,
отдача файла с проверкой владельца; панель /_/ и пространство /api/ исчезли
- по находкам ревью: журнал не пишет путь под корнем приложения, ключ бюджета
читается справа налево, узнавание известного идёт читающим пулом
- main.go и journal_route_test.go переехали в cmd/transcriber без правок
содержимого; образ собирает ./cmd/transcriber поимённо
- cmd/oidcstub отвечает на /authorize, /token и /userinfo, проверок не делает
и слушает петлевой адрес: войти без Authelia стало чем
- ступень сборки приложения переехала на node:24 с alpine — musl ждёт ответа
на AAAA, которого нет, и npm ci висел вместо отказа
- колонка `owner` связью с `users` в обеих коллекциях новым шагом схемы
`202608140001`; чтение задачи сужено владельцем, и чужая, ничья и
несуществующая дают один ответ; правило просмотра файлов сужено им же
- приём по HTTP берёт владельца из сессии, а предъявителя без учётной записи
пользователя отвергает до чтения тела: позже пришлось бы убирать уложенный
файл, а уборки файлов сервис не умеет. Выборка воркера владельцем не сужается
- удаление учётной записи с записями отвергается стражем, и вешает его сама
сборка хранилища: сборка, забывшая его позвать, теряла защиту молча
- слово «провенанс» снято из словаря проектных текстов: у числа теперь
«происхождение», у вопроса и находки — «откуда»
- правлены форма вопроса в docs/review.md, шапка раздела об OIDC в
docs/research/pocketbase.md и две записи задач; формулировки прошли
вычитку агентами doc-wording и task-wording
- архив openspec/changes/archive/ не тронут: слово, верное на день записи,
остаётся свидетельством
- Перевод на канон 1 доделан: адреса служебного файла и имена скиллов
переставлены в девяти местах прозы и кода, гейт зовёт три скрипта по новым
путям, прежние docs/.docs.json и tasks/.tasks.json удалены.
- Сверка двумя агентами нашла четырнадцать расхождений, тринадцать сведены
строками: число прогонов ревью и преамбула журнала дефектов, счёт capability,
маршруты README, дубли инварианта захвата и кодов прогона, протухшие указатели
записок разведки, маркер долга на переехавшем абзаце. Срок жизни сессии
нормирует спека access, database.md на неё ссылается.
- Purpose спеки pipeline объявляет неописанным то, что в ней же и стоит; правка
идёт изменением openspec, поэтому заведена задача pipeline-spec-purpose-drift.
- шаг схемы закрывает поверхность, которую хранилище приносит открытой:
собственную регистрацию, вход по паролю и одноразовый код — без этого
закрытие приёма обходилось двумя запросами
- продление сессии выключено, срок семь суток: иначе отзыв доступа у
провайдера до сервиса не доходит никогда
- файл записи отдаётся вошедшему по токену файла — пересмотр
ADR-2026-08-12-file-link-open-but-not-logged
- записи, метаданные и файлы съехались под один каталог данных; появилась
панель владельца, а gin, goqu, goose и требование CGO ушли
- захват задачи стал одним запросом с RETURNING; заведены число попыток,
состояние dead и нарастающая пауза вместо признака is_error
- имя файла в хранилище задаёт сервис и в журнал не идёт: вместе с
идентификатором записи оно собирало бы ссылку на скачивание
- сняты повтор слова в записке разведки и та же строка в цитате ADR,
убран термин «чекпоинт», разведена цепочка местоимений в паспорте
- oidc-login: «зачем» перестало повторять тело, задача заявила пункт 3
«Завершения» цели multi-user — он не был закрыт ни одной её задачей
- разведка pocketbase-admin-fit ответила замером панели версии 0.39.10:
записка в docs/research/pocketbase.md, решение — в ADR
- панель показывает файлы и пользователей только своих, поэтому файлы
переезжают в её раскладку, а вход идёт через её провайдера OIDC
- периметр расширился панелью на /_/ и паролем суперпользователя;
закрывает её Authelia на прокси, задачи в беклоге у этого нет
av