transcriber/CLAUDE.md

CLAUDE.md

Памятка для работы над transcriber. Перед задачей прочитай также docs/passport.md, docs/architecture.md и docs/conventions/.

Проект ведём по-русски.

Что это

Сервис расшифровки аудио в текст. Принимает запись двумя входами — Telegram-бот и HTTP API, — конвертирует её ffmpeg в ogg, отдаёт на отложенное распознавание Yandex SpeechKit и возвращает текст туда, откуда пришла запись. Состояние задач, метаданные и сами файлы лежат во встроенной PocketBase, и она же даёт владельцу панель администратора.

Чего не делает: сам речь не распознаёт и своих моделей не держит, текст руками не правит и в форматы документов не экспортирует, учётных записей не заводит, с живым потоком не работает и складом произвольных файлов не служит. Записи и расшифровки хранит бессрочно: решением от 2026-08-11 сервис — архив. Перечень выше — выжимка, границу домена целиком держит docs/passport.md.

Стек

Go 1.25 (CGO не нужен), встроенная PocketBase — хранилище, файлы записей и панель администратора, — go-telegram-bot-api, aws-sdk-go-v2 для Object Storage, gRPC-клиент Yandex SpeechKit v3, Prometheus, slog. Сборка — Taskfile, образ — Docker, выкладка — Ansible из pet-project-server.

Инварианты

Что нарушать нельзя.

• Секрет не покидает конфиг. Токен бота, ключ SpeechKit и пара ключей Object Storage не попадают в git, в лог, в ответ пользователю и в колонку error_text. Нарушение необратимо: утёкший ключ отзывают и меняют вручную во всех местах выкладки. critical
• Содержимое записи остаётся приватным. Текст расшифровки, имя файла пользователя и его сообщение в лог не пишутся — только длина и идентификаторы. Нарушение необратимо: строки уже уехали в журнал контейнера. critical Изъятие: расширение — хвост после последней точки — в журнал попадает собственным полем: по нему прослеживается путь записи. Имени файла в журнале нет вовсе (инвариант ниже). Изъятие узкое и кончается журналом: наружу, меткой метрики, расширение выходит только приведённым к перечню известных форматов. Границу держит спека intake, цена — adr/ADR-2026-08-11-known-format-label.md, остаток — docs/security.md.
• Бот отвечает только тем, кто в белом списке. Бот проверяет отправителя до любой работы, включая скачивание файла. Нарушение обратимо правкой конфига, но чужие записи к тому моменту уже обработаны за наши деньги. critical
• Принятая запись не теряется молча. Отказ на любом шаге либо оставляет задачу пригодной к повтору, либо переводит её в failed и сообщает пользователю. Молчаливый выход из шага без записи в лог и без смены состояния запрещён. Обратимо повторной отправкой, но пользователь об этом не узнает. major
• NoopJobError — не ошибка. Значение «задач в этом состоянии нет» не логируется, не считается в метрику и не поднимает уровень. Нарушение даёт запись раз в секунду на каждый воркер. major
• Миграция, уехавшая на сервер, не переписывается. Изменение — только новым файлом шага. Необратимо: хранилище считает применённое по имени файла. critical
• Имя файла в хранилище задаёт сервис, а в журнал не идёт. Умолчание PocketBase строит имя из имени, данного отправителем, — оно не применяется. Само имя — последняя часть ссылки /api/files/..., поэтому в журнал пишется расширение, а не имя: строка журнала иначе стала бы бессрочным ключом к чужой записи. critical
• Колонки очереди правятся в четырёх местах пакета хранилища — applyToRecord, recordToJob, константа acquireColumns и структура acquiredRow с её toJob, — плюс шаг схемы. Компилятор видит два из них. Колонка, забытая в паре acquireColumns/acquiredRow, приезжает из захвата нулевой, и первый же Save пишет этот ноль поверх сохранённого значения: поле теряется только у задачи, попавшей к воркеру. major
• Результат пишет только держатель захвата. Шаг, чей захват за время работы достался другому, завершается без записи и без ответа отправителю. Иначе два воркера пишут в одну задачу по очереди, а отправитель получает два ответа. major

Команды

go build ./...            # CGO не нужен
go test ./...
go vet ./...
gofmt -l .
golangci-lint run
go run . -c config.toml   # флаг -c или --config, по умолчанию config.toml
task image                # docker-образ; тег и раскладка — docs/architecture.md
task gate                 # весь набор проверок разом

Локальный запуск требует ffmpeg и ffprobe в PATH и своего config.toml — скопируй config.dist.toml и заполни; известные прорехи образца перечислены в docs/conventions/config.md строками «Расхождение:».

Гейт

• Команда целиком: task gate. База диффа — переменная BASE, по умолчанию origin/master; переопределяется task gate BASE=<rev>.
• Где логи шагов: вывод команды, отдельного файла нет.
• Что означает каждый исход: ненулевой код любого шага роняет гейт. У docs.py check, tasks.py check и openspec.py check словарь кодов общий: 0 сошлось, 1 дрейф, 2 ошибка употребления, 3 окружение (не корень проекта, каталог не найден), 4 внутренний сбой.
• Что красит безусловно и почему: отказ сборки, тестов, go vet, неотформатированный файл, находка golangci-lint, дрейф раскладки документов, дрейф каталога задач, форма openspec/config.yaml. Машина проверяет всё перечисленное, и это не обсуждается. Шаг, чей скрипт не найден, краснеет с именем недостающего плагина, а не пропускается молча.
• Чего в гейте намеренно нет и кто тогда обязан это гонять:
  • gitleaks — висит на pre-commit в lefthook.yml и смотрит только индекс коммита. Полную историю никто не проверяет;
  • согласованность документов между собой и с кодом — её судят агенты, зовёт их скилл av-dev-docs:healthcheck, и звать его надо руками;
  • покрытие изменённых строк не считается ничем.

Гейт на master сегодня зелёный целиком, и объявленных долгов у него нет. Красный шаг означает поломку — свою или чужую, но поломку, а не наследство. Списывать отказ на долг больше нельзя: списывать не на что.

Два прежних долга закрыты и здесь названы, чтобы отказ на их месте читался как новый:

• golangci-lint run давал 4 замечания — два непроверенных Close и два сравнения ошибок приведением типа. Закрыто задачей errors-as-instead-of-typecast 2026-08-11; тогда же у errcheck включена настройка check-blank, поэтому _ = x.Close() больше не снимает замечание: отказ, который решено не проверять, объявляют в exclude-functions поимённо;
• go test ./... чинила задача http-handler-tests-never-green.

Запреты

• Боевой каталог данных не трогать. data/ на сервере целиком: под ним и база (data/data.db), и записи живых людей (data/storage/<коллекция>/<запись>/). Локальный каталог данных — свой, его ронять и пересоздавать можно свободно.
• Боевым токеном бота не запускаться. Второй процесс с тем же токеном перехватывает обновления у работающего, и пользователь теряет ответы.
• Yandex Cloud за деньги. Распознавание и хранение в Object Storage оплачиваются по факту. Прогон на реальных ключах ради проверки кода запрещён — подставляй internal/adapter/recognizer/memory.go.
• Выкладку не запускать. inv pl -- transcriber из pet-project-server запускает человек.
• testdata в проекте нет. Тесты, которым нужен файл, создают его во временном каталоге и убирают за собой.
• Временное — t.TempDir() в тестах, /tmp вне их. В data/ временное не писать: этот каталог смонтирован на сервере.

Работа

• Основная ветка: master. Коммиты идут в неё напрямую, веток и PR нет.
• Сообщение коммита без трейлера Co-Authored-By.
• Необратимое (спрашивается у человека всегда): применённая миграция, формат файла на диске и раскладка каталога данных, публичный контракт HTTP API, имя ключа конфига, любое действие с боевыми данными и с Yandex Cloud, ротация секрета.
• Что считается сломанным — новый красный шаг гейта, которого не было до твоей правки. Такое чинится прежде любой другой работы. Два объявленных долга из раздела «Гейт» сломанным состоянием не считаются, пока их не закрыли задачами.
• Ориентир по размеру порции: не замерялся.
• Что такое «сделана»: task gate зелёный и критерии приёмки проверены поимённо.

Язык

• Документация, комментарии, сообщения коммитов — русский.
• Код и идентификаторы — английский.
• Текст, который видит пользователь Telegram, — русский.