av
c9ddf0b4dd
- слияние read-modify-write в одной транзакции, ключ точки — интервал, победа более полной точки, тай-брейк по канонической форме - хеш объекта как детектор изменений: совпал — записи нет - _txlock=immediate и повтор всей тройки при SQLITE_BUSY/BUSY_SNAPSHOT - миграции через goose.Provider: пакетные SetBaseFS/SetDialect писали глобалы и давали гонку при двух Open
91 lines
3.0 KiB
Go
91 lines
3.0 KiB
Go
package store
|
||
|
||
import (
|
||
"context"
|
||
"database/sql"
|
||
"errors"
|
||
"fmt"
|
||
"time"
|
||
|
||
sqlite "modernc.org/sqlite"
|
||
sqlite3 "modernc.org/sqlite/lib"
|
||
)
|
||
|
||
// Сколько раз повторять транзакцию, отменённую из-за занятости.
|
||
//
|
||
// Повтор оборачивает ВСЮ тройку чтение-слияние-запись, а не отдельный запрос:
|
||
// после отката прочитанное состояние недействительно, и дописывать в него
|
||
// пришедшие точки значит терять чужие.
|
||
const (
|
||
txRetries = 5
|
||
txRetryDelay = 20 * time.Millisecond
|
||
)
|
||
|
||
// inTx выполняет работу в транзакции, повторяя её при занятости базы.
|
||
//
|
||
// Транзакция открывается сразу на запись (`_txlock=immediate` в DSN). Без
|
||
// этого read-modify-write ломается измеримо: при восьми писателях и ста
|
||
// слияниях каждый deferred-транзакция дала 242 успеха из 800, immediate — 800
|
||
// из 800. Причина в том, что повышение блокировки с чтения на запись после
|
||
// того, как снимок уже прочитан, даёт SQLITE_BUSY_SNAPSHOT (код 517), а его
|
||
// `busy_timeout` не покрывает: ждать бесполезно, снимок уже устарел.
|
||
func (s *Store) inTx(ctx context.Context, fn func(*sql.Tx) error) error {
|
||
var lastErr error
|
||
|
||
for attempt := range txRetries {
|
||
if attempt > 0 {
|
||
select {
|
||
case <-ctx.Done():
|
||
return fmt.Errorf("ожидание повтора транзакции: %w", ctx.Err())
|
||
case <-time.After(txRetryDelay * time.Duration(attempt)):
|
||
}
|
||
}
|
||
|
||
err := runTx(ctx, s.db.DB, fn)
|
||
if err == nil {
|
||
return nil
|
||
}
|
||
if !isBusy(err) {
|
||
return err
|
||
}
|
||
lastErr = err
|
||
}
|
||
|
||
return fmt.Errorf("транзакция не прошла за %d попыток: %w", txRetries, lastErr)
|
||
}
|
||
|
||
func runTx(ctx context.Context, db *sql.DB, fn func(*sql.Tx) error) error {
|
||
tx, err := db.BeginTx(ctx, nil)
|
||
if err != nil {
|
||
return fmt.Errorf("begin tx: %w", err)
|
||
}
|
||
|
||
if err := fn(tx); err != nil {
|
||
_ = tx.Rollback()
|
||
return err
|
||
}
|
||
if err := tx.Commit(); err != nil {
|
||
_ = tx.Rollback()
|
||
return fmt.Errorf("commit tx: %w", err)
|
||
}
|
||
return nil
|
||
}
|
||
|
||
// isBusy распознаёт отказ из-за занятости базы.
|
||
//
|
||
// Проверка по типу, а не по тексту: сообщения драйвера не контракт. Кодов два
|
||
// — SQLITE_BUSY и SQLITE_BUSY_SNAPSHOT; второй возвращается, когда снимок
|
||
// транзакции устарел, и на него `busy_timeout` не действует.
|
||
func isBusy(err error) bool {
|
||
var serr *sqlite.Error
|
||
if !errors.As(err, &serr) {
|
||
return false
|
||
}
|
||
switch serr.Code() {
|
||
case sqlite3.SQLITE_BUSY, sqlite3.SQLITE_BUSY_SNAPSHOT:
|
||
return true
|
||
default:
|
||
return false
|
||
}
|
||
}
|