Первый прогон агента — по репозиторию, который его же и содержит. Два
прохода, 17 находок, все подтверждены по файлам.
Пять находок — остатки прежней модели типов в файлах, до которых я не
дошёл двумя коммитами раньше. adopt.md держал имена секций роадмапа
канона 2 («порядка», «темы») и «пустой goal законен только у идеи»;
from-review.md и TODO.md — упразднённый [idea]; task-batch в другом
плагине — «задачи-идеи». Правку модели я вёл от документов, которые
менял, а не от тех, что на них ссылаются: grep по упразднённому слову
дал бы все пять за минуту.
Самая дорогая находка оказалась моей и свежей. Таблица типов в canon.md
объявляла цель у fix запрещённой, а tasks/SKILL.md и task-fix.md —
необязательной; код на стороне вторых. Копия разошлась с домом за один
день, обе половины писал один проход. Поправлено не значение, а причина:
canon.md дважды объявлял, что фиксирует только словарь типов, — значит
колонкам «разделы» и «цель» в нём не место. Осталась таблица из двух
колонок и ссылка на дом схемы.
Перечень «чем держат проект» пересказывался втроём и разъехался:
«метрики и логи» против «мониторинга», «проверки» есть в двух из трёх.
При этом tasks/SKILL.md ссылался на дом рядом с собственным пересказом —
ссылка не мешает копии разойтись, если копия всё равно стоит. Перечень
остался в canon.md, два места ссылаются.
README пересказывал раскладку канона блоком кода, и копия была уже
неполна — не хватало путей, чьё отсутствие docs.py считает нарушением.
Заменено ссылкой. Там же измеренное число из DECISIONS III заменено
ссылкой на решение.
REMAINING дублировал два отмеченных сделанными пункта TODO и держал
счётчики, которые обязан двигать человек: «двенадцати тем и 16 коммитов»
(стало 28 и 52), «три неизмеренных изменения» (стало больше). Счётчики
отменены как класс, причина записана в шапку. Открытый вопрос про парный
статус ADR переформулирован: судья появился, открыт остался охват.
Три противоречия вне av-dev-pm: --roadmap-sections перечислен среди
флагов init прозой того же файла, объявляющей, что его нет; review-ops
берёт журнал docs/review.md и тут же объявляет историю инцидентов
принципиально недоступной; «честный предел» конвейера отменял целиком
документ docs/research/. Плюс битый якорь ссылки на раздел вычитки.
Находка про Co-Authored-By снята как неверная: агент прочитал
av-dev-git/skills/commit/SKILL.md как описание практики этого
репозитория, а это продукт, уезжающий в чужие проекты. Устав агента не
различает «документ про нас» и «документ про то, что мы производим» —
остаток записан в REMAINING, в устав пока не дописан.
DECISIONS тема 29 (ЧЧШШ–ЮЮЯЯ, следствия 109–113).
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
Обкатка скилла tasks на выдуманном проекте — консольные крестики-нолики
на JavaScript, каталог заведён с нуля тем же скриптом. Форма вылезла
раньше содержания, и правки все про неё.
Заголовок отвечает на вопрос типа записи, и форм три: цель —
утверждение о возможности, задача — глагол в неопределённой форме
(допускается «не» перед ним), идея — назывное, без обещания. Причина не
стилистическая: описательный заголовок называет состояние, а из
состояния не видно, чего от работы ждут — «Ничья объявляется, пока
клетки есть» одинаково читается как жалоба и как задание. Отсюда же
разница индексов: роадмап — список возможностей, беклог — список работ,
и перепутанные формы делают каждый похожим на другой.
Механизировано ровно то, что механизируется: check считает заголовки,
где первое слово не на -ть/-ти/-чь, и печатает число в блоке здоровья.
Замечанием на файл нельзя — эвристика грубая, а на 97 записях двух живых
проектов это поток одинаковых строк, после которого пропускают весь блок.
Годность формулировки судит отдельный агент task-wording, а не чек-лист
в скилле: сейчас формулировку пишет и проверяет один агент в одном
контексте, а самопроверка текста слабее всего там, где формулировка
казалась удачной при написании. Он ничего не правит — возвращает готовые
формулировки, и заголовок с «зачем» показываются человеку, потому что
по ним задачу выбирают. Ничего из того, что ловит tasks.py check, он не
трогает намеренно: это был бы второй дом для правила.
Заголовки секций — с прописной, после заголовка пустая строка, во всех
индексах. Канонические имена стали Готово | Запланировано | Направления
| Разработка (англ. Done | Planned | Directions | Tooling), сверка везде
по нижнему регистру, так что старые индексы читаются по-прежнему.
Отбивка живёт на записи, а не на вставке: через Plan.index проходит
каждая правка индекса, а мест вставки три.
Имя секции принадлежит заголовку индекса, файл на неё только ссылается.
Это разрешает единственную неоднозначность починки — расхождение в одном
регистре правится в пользу заголовка. Без него переезд на канон оставил
бы «Готово» в роадмапе и «готово» в каждом файле цели, и свести это было
бы некому. Регистр правится только у канонических секций: имена секций
беклога выбирает проект.
Обкатка нашла два дефекта, которых не находили ни линтеры, ни свои
проверки. Вставка в пустую секцию съедала отбивку перед следующим
заголовком — пропуск пустых строк теперь идёт только до первой непустой.
Мета, разорванная пустой строкой, теряла поля молча: check видел лишь
следствие («без рода работы») и советовал edit --kind, который дописывал
второе такое же поле. Поле меты в теле стало ошибкой с названной
причиной, и --fix её намеренно не чинит — какое из двух значений верное,
знает человек.
DECISIONS тема 20 (ЕЕЕ–ККК, следствия 82–85), changelog канона v3
пополнен двумя пунктами и двумя шагами переезда, TODO — два шага для
healthlog и jellybit.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
Три изменения одной версией, потому что все три про одно — можно ли
оценить задачу, не открывая код.
PLAN.md → ROADMAP.md. Слово «план» значило в репозитории три разных вещи:
оглавление целей, план реализации внутри задачи и PLAN.json разовой
адаптации. Переименовано целиком — ключ конфига tasks.plan → tasks.roadmap,
--index roadmap, --roadmap-sections, --roadmap. Старый ключ в docs/.pm.json
не игнорируется молча: скрипт останавливается кодом 3 и называет
переименование, иначе проект искал бы опечатку там, где на самом деле
версия канона.
Род работы — тег kind:feature|fix|chore|research, вторая ось поверх типа
записи. В один префикс их не свести: идея бывает про функцию, эпик функцией
и является. Дом — тег, потому что теги здесь единственный механизм
разметки, а list --kind работает даром; цена принята — в строку индекса род
не попадает. Словарь закрыт, иначе он разъедется на bug/bugfix/fix/defect.
Отдельно легализован chore: у него «что станет наблюдаемо иначе» отвечается
разработчику, а раньше такие задачи либо не заводились, либо придумывали
себе пользовательскую пользу — и это второе хуже, оно проходит проверку.
Раздел «Затрагивает» — границы, которых изменение касается: эндпоинт,
таблица и миграция, формат на диске, публичный тип пакета. Без него задача
оценивается по объёму текста, а не по объёму поверхности. Механизируется
только наличие непустого раздела: полноту перечня машина не видит.
Род и границы требуются к взятию в спринт, а не к заведению — тот же приём,
что уже работает для критериев приёмки, и по той же причине. check о
пропаже только напоминает: иначе два живых проекта покраснели бы на 98
задачах, заведённых до этого решения.
Плюс правила языка задач: англицизм, у которого есть русское слово,
заменяется; термин не из паспорта, архитектуры или конвенций вводится
строкой или не употребляется; задача, которую не удаётся сказать просто,
чаще всего не одна задача.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
Строкой через · мета уезжала за экран уже на трёх полях, а сам разделитель
приходилось запрещать в тексте причины и «зачем». Списком поле занимает свою
строку, запрещать нечего, и проверка длины схлопнулась до одной строки.
«Хук» переименован в «Зачем» — поле отвечает на вопрос «зачем нужна эта
задача». Слово «цель» под это не годится: оно уже занято [goal]-файлами и
тегом goal:<слаг>, и в одном блоке значило бы две разные вещи.
Хирург мета-строки — самая мутная функция скрипта, резавшая строку на куски с
запоминанием пробелов каждого, — заменён на «прочитать поля и собрать блок
заново». Тем же ходом старая форма переезжает в новую: check называет её
дрейфом, check --fix переписывает списком, Хук становится Зачем. Чужие
нераспознанные поля пересборку переживают.
Проверено на восьми сценариях: add, edit, move с причиной, sprint take/drop,
close --reason + reopen (мета собирается из текста, поднятого из git),
миграция старой формы вместе с чужим полем, отказ на мете без секции.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
Метафора требовала расшифровки при каждом употреблении, и в текстах она и
расшифровывалась: «звено упорядоченной линии продукта», «тематический куст —
цель, в последовательность не встающая». Если название приходится объяснять
рядом с каждым употреблением, объясняет не название.
Новые имена называют ровно то свойство, которым секции различаются: в первой
очередь значима и обоснована прозой, во второй порядка нет вовсе.
Заголовки строчные, как ядро/инфра в беклоге: имя секции одновременно значение
для --section, и проза приведена к тому же виду, чтобы «--section Порядок» не
выглядело правильным написанием.
Версия канона не меняется: canon.md называет файл PLAN.md и о его секциях не
говорит — их дом заголовки ## индекса, умолчание живёт в tasks.py.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
Два независимых сабагента на av-dev-pm и av-dev-pipeline. Две находки нашли оба.
Главная — моя же перестановка закрытия за коммит сломала reopen и батч. close
печатал «дорога назад из git», а reopen искал коммит удаления, которого в новом
порядке ещё нет: шаг 11 последний, учёт остаётся незакоммиченным. Проверено
прогоном — отказ кодом 2 на свежезакрытой задаче. Тем же грязным деревом
ломались rebase и worktree remove в батче: каждая закрывшая задачу ветка уехала
бы в провалившиеся.
Починено с обеих сторон: reopen берёт текст из HEAD, если коммита удаления нет,
а шаг 11 коммитит учёт вторым коммитом.
Вторая — канонический пример docs/.pm.json убивал tasks.py. Четыре документа
показывали ключ tasks.sections, которого скрипт не знает: неизвестный ключ это
код 3 на любой команде. Проект, заведённый по канону дословно, остался бы без
работы с задачами, а docs.py при этом печатал «канон соблюдён». Секции живут в
заголовках индекса и второго дома не получают.
Остальные восемнадцать: init писал конфиг в упразднённый .tasks.json;
looks_like_tasks не видел переименованный индекс; урожай спринта терял автотег
после sprint close; ответ на вопрос по инструкции оставлял задачу незабираемой;
adopt требовал недостижимого зелёного; путь отчёта триажа не переживал archive;
review-specs не имел режима для стыка после слияния; три остатка «шаг 9а» несли
предкоммитную позицию закрытия; sprint.md отрицал сам себя в пункте «Сделана».
Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com>
- av-dev-tasks → av-dev-pm; канон определён единственным reference-файлом,
который читают все три новых скилла
- canon: check/adopt/upgrade плюс docs.py — раскладка, битые ссылки, версия,
маркеры долга, сверки миграций и capability с документацией
- tasks и session: путь docs/tasks жёсткий, конфиг переехал в docs/.pm.json,
слот «Команда учёта задач» убран в пользу вызова скилла, раздел «Стимулы»
переписан под совпавших приёмщика и исполнителя
avandClaude Opus 5