master
9
Commits
| Author | SHA1 | Message | Date | |
|---|---|---|---|---|
  avandClaude Opus 5
|
cbfae90f3f
|
словарь: пять слов сняты, девять закрыты списком вместо оговорки «прижилось»
Проход упрощения уткнулся в один класс у всех пяти агентов: слово, живущее в трёх-шести файлах разом. Правка в одном месте развела бы словарь, правка во всех — уже не упрощение текста скилла. Каждый честно остановился и записал слово в отчёт, и одни и те же слова всплыли в разных отчётах. Разобрано этим проходом. Причина, по которой они вообще накопились, оказалась в самом уставе языка. Он разрешал не переводить «термин, у которого нет точного русского эквивалента и который в команде уже прижился». Проверить это нельзя: прижившимся выглядит любое слово, встреченное трижды, — и ровно так рассудили пять агентов подряд, каждый независимо. Оговорка заменена закрытым списком из девяти терминов с колонкой «что называет»: интейк, триаж, провенанс, дедуп, чек-лист, дифф, промпт, сущности OpenSpec, роды проходов ревью. Интейк оставлен потому, что «заведение» называет создание файла, и слить их значит смешать две операции; провенанс — потому что «источник» рядом называет саму запись, а не свойство числа. Слово не из списка и не из таблицы имён вещей — находка, а не стиль. Список заведён домом язык-словарь в language.md и копией в уставе doc-wording. Копия обязательна: агент работает в репозитории проекта, где плагина может не быть, и без списка предъявил бы интейк как англицизм. Снято пять слов, 29 мест: конфляция → смешение, декорреляция → разведённость, непоймание → почему не поймали, эвал-сет → проверочный набор, гайд → руководство. Латинизм или калька при живом русском слове в каждом случае. Разбор декорреляции показателен: проект уже владел нужным словом — «агенты разведены по глубине», «разведены по охвату» — и держал рядом латинский синоним того же понятия. Это не англицизм, а второй дом для слова. Непоймание снято ещё и потому, что форма журнала дефектов, которую канон кладёт в проекты, спрашивает «Почему не поймали», а проза рядом называла это «причиной непоймания». Скелет и проза о скелете говорили разными словами. Снятое записано вместе с оставленным, в одном списке и с заменой каждого. Иначе слово возвращается: из текстов оно уходит, но ничто не мешает следующему проходу завести его заново — оно ведь короткое и точное на вид. Тема 32 в DECISIONS.md, следствия 124-126. Нумерация правил в уставе doc-wording сдвинута: словарь встал шестым, жаргон и далее уехали на единицу. Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com> |
||
|
avandClaude Opus 5
|
2d39a77444
|
ревизия покрытия av-dev-pm: три решения из шести оказались «убрать»
Сабагент в роли продакт-менеджера оценил покрытие жизненного цикла личного проекта скиллами и агентами av-dev-pm. Скоуп сужен по ходу разбора: деплой и разбор инцидентов делаются вручную, скиллов под них не заводим — три находки из восьми сняты этим сразу. Шаг 2 сессии требовал чисел, которых процесс отказался собирать решением. cadence.md делал обязанностью пересмотр «ориентира по размеру спринта, прироста беклога на закрытую задачу, времени на задачу» и «сколько заняли задачи против ожидания». Данных нет: у записи нет дат заведения, взятия и закрытия, close удаляет файл, sprint close очищает SPRINT.md. Хуже, «против ожидания» и «время на задачу» требуют оценки и тайм-бокса, а session/SKILL.md в «Почему не Scrum» их прямо не берёт — пункт противоречил решению через файл от себя. Числа не пересматривались ни разу, поэтому выкинуты, а не подперты учётом дат. Осталось качественное; рядом записано, что замеров нет намеренно, иначе следующий читатель заведёт их обратно как недостающие. Шаг 3 пункт 9 переименован из «переоценки по измеренному» в «по пройденному». doc-consistency переехал с каждого синка на сессию, к doc-code-drift. Агент на opus звался шагом 9 пайплайна, то есть 5-8 opus-проходов за спринт по документам, меняющимся на несколько абзацев. Довод сильнее денег: расхождение между двумя документами по определению требует двух, а на большинстве задач синк правит один. И пачка, отбираемая работой, не видит того, чего работа не касалась, — а расхождение живёт ровно там. Это снимает открытый вопрос REMAINING про охват парного статуса ADR. Цена — потеря привязки находки к задаче, принято сознательно. Отмена цели получила порядок, но не флаг. close запрещал закрыть цель с живыми задачами и не говорил, что с ними делать. Теперь: сперва задачи поштучно (close --reason своей причиной либо edit --goal на другую), потом цель в REJECTED.md, а не в Готово. Флаг --cascade отвергнут: поштучный разбор — не церемония, а единственный момент, когда видно, что переживёт цель. Место процедуры — переоценка на сессии, отмена цели и есть разбор её задач. У брошенного спринта появился второй законный исход. --dissolve везде был привязан к блокеру, и вернувшийся к месячному набору не имел законного хода: двигать нельзя, распускать не по чему. Теперь роспуск объясняется блокером или тем, что набор протух. Порога в неделях нет — тот же класс, что выкинутые числа: счётчик простоя пришлось бы вести руками. Признак не срок, а что набор перестал быть твоим. Плюс точка входа «вернулся, а спринт открыт» и триггер в description скилла. Журнал канона прогоняется как есть, схлопывать 3 и 4 не стали. Взамен появилась проверка исхода: шагом 6 adopt и шагом 6 upgrade зовутся оба судьи документов. Это ответ на открытый вопрос «как проверять, что канон не разошёлся с проектами после upgrade»: check сверяет число в .pm.json с версией скрипта и про существо записи не знает ничего, а записи применяются руками. Износ обязательных «границ покрытия» не правится: это гипотеза, а не находка. Записана наблюдением к первой обкатке. Предложение агента поднять обкатку выше калибровки снято — TODO уже так устроен, агент спутал «главный риск» с «первое в очереди»; в REMAINING добавлена оговорка против того же прочтения. Тема 31 в DECISIONS.md, следствия 117-123. Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com> |
||
|
avandClaude Opus 5
|
354a6b03d5
|
канон 4: слаг подкреплён проверкой, обещанный судья заведён
Оба пункта заметок оказались одним классом: правило записано и никем не исполняется. Слаги. canon.md говорил «слаги файлов, capability и задач — английские, kebab-case» одной строкой в хвосте раскладки, а docs.py имён файлов не смотрел вовсе. Итог нашёлся в самом плагине: единственный пример ADR в скилле docs назывался ADR-2026-08-03-ochered-tablicej. Раскладка канона при этом приглашала к нарушению — в схеме стояли плейсхолдеры <тема>.md, то есть слово «тема» по-русски там, где надо писать <slug>. docs.py check теперь смотрит имена: кириллица и не-kebab-case жёстко, форма ADR-ГГГГ-ММ-ДД-slug.md жёстко, транслит эвристикой, то есть замечанием. Проверяются docs/conventions, docs/research, docs/adr и имена capability; каталог задач не трогается — его слаги ведёт tasks.py. Набор маркеров транслита подобран так, чтобы ложных срабатываний не было вовсе: выброшены ost (ловит post, cost), sch (schema), ya (yaml), nost (nostalgia), хвост ii (radii). Цена названа в комментарии — sostoyanie-partii проходит мимо. Правило, краснеющее на правде, приучает пролистывать весь блок, и это дороже пропуска. Агенты. В canon.md есть таблица «Что проверяет машина, а что человек», и её правая колонка — смысловой дубль, поведение в architecture.md, протухший факт, достаточность честной строки — три версии описывала работу, которую никто не делал: скилл canon предлагал агенту судить об этом самому, то есть проверять то, что он же и писал. Заведены двое, разрез по глубине — тот же довод, что развёл task-form и doc-wording. doc-consistency читает docs/ и openspec/, сверяет документы между собой (факт в двух домах, прямое противоречие, поведение в обзоре вместо спек, ADR без ссылки на design.md и без парного статуса, число без провенанса, заглушка вместо честной строки) и зовётся на шаге синка документации. doc-code-drift читает репозиторий, отвечает на «этот факт ещё верен» и зовётся раз в спринт на сессии. Перечень фактов, сверяемых с кодом, закрыт: имя ветки, команды, пути, зависимости поимённо, настройки с числом, единые точки проекта, capability, проверяемые инварианты. «Сверить архитектуру с кодом» — задача без дна, и агент, которому её поставили, выдаёт правдоподобную труху. Отсюда форма его доклада: начинается таблицей проверенного, а не находками, — по ней видно, чего он не смотрел. Карта домов уехала в устав doc-consistency помеченной копией: устав ссылался на файл плагина, а агент работает в репозитории проекта, где плагина может не быть. copies.py её сторожит. Попутно: докстрока copies.py показывала закрывающие маркеры как <!-- /дом -->, а код требует <!-- /дом: <id> -->. Нашлось первой же попыткой ими воспользоваться. DECISIONS тема 28 (ННОО–ХХЦЦ, следствия 105–108). Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com> |
||
|
avandClaude Opus 5
|
228b6c7eee
|
канон 4: тип записи стал единственной осью и задаёт схему
Осей было две — тип записи (goal/idea/task) и род работы (kind:<род> тегом), — и ортогональность у них была фальшивой: из двенадцати клеток произведения законны шесть. У цели род запрещён, у задачи обязателен, у идеи пуст и на практике не ставится. Плюс «алгоритм работы над записью такого типа» крепится не к task, а к fix и research, то есть к роду: ось, к которой пишется алгоритм, и была настоящим типом. Схлопнуто в одну ось из пяти значений: goal | feature | fix | chore | research. Тип idea упразднён отдельно и по другой причине: он значил не род работы, а незаполненность, а состояние типом быть не может — оно меняется по мере того, как запись дописывают, а тип меняют командой. Теперь состояние выводится из заполненности: research без раздела «Вопрос» это сырьё. В спринт не берётся, как и прежняя идея, лежит в конце категории, отбирается list --raw. Дом типа — поле меты «Тип» первой строкой, эмодзи в H1 производна. Прежнее «отдельного поля типа нет: два места для одного факта разъезжаются» отменено собственным аргументом: он был против префикса плюс поля, а при переносе дома место остаётся одно. Эмодзи стоит в H1, а не в строке индекса, чтобы инвариант «заголовок в индексе дословно» остался нетронутым. Поле места названо по типу: «Секция» у цели (часть роадмапа, состояние очереди), «Категория» у задачи (полка домена, куда её вернёт sprint drop). Одинаковое переименование закрепило бы конфляцию; какое поле обязательно, решает тип — то самое, ради чего затевалась правка. Два новых обязательных раздела выросли из правил, которые были записаны и которые нечем было проверить. «Не воспроизводится — это research, а не fix» стояло в каноне: теперь есть раздел «Воспроизведение». Приёмка разведки — «записанный ответ, а не изменённый код» — тоже стояла, но sprint take требовал от research два-пять критериев с оракулами, и они писались ради проверки; вместо них «Вопрос» и «Куда ляжет ответ». Сортировка «по важности» из заметок не взята: она требует, чтобы кто-то важность поддерживал, а это приоритет, от которого отказалось правило 4. Взято только «сырьё в конец категории» — этот порядок выводится из типа и заполненности, а не назначается человеком, и потому проверяется машиной. TYPE_SCHEMA кормит и body_template, и schema_verdict: иначе add кладёт то, на чём sprint take потом откажет. check --fix мигрирует за один проход — kind:/[goal]/[idea] в поле «Тип», эмодзи в заголовок, «Секция» → «Категория», сырьё в конец. Тип, которого неоткуда взять, не угадывается: feature от chore машина не отличает, такие записи уходят в НЕОДНОЗНАЧНО поимённо. Попутно закрыт класс отказов в --fix: шагов, правящих мету, стало пять, и второй, перечитавший файл с диска, стирал правку первого. Общий stage() поверх отложенных правок; до этого корректность держалась на том, что шагов было мало. Устав на тип отдельным файлом — references/task-<тип>.md, пять штук: схема, алгоритм, что видит машина и что человек. Агент task-form получил правило «тип сходится с тем, что в записи написано» с проверяемыми расхождениями. Обкатано на демо-наборе из 13 записей: миграция за один проход, второй прогон даёт ноль починок; fix без «Воспроизведения» и сырьё в спринт не идут, годная feature берётся. DECISIONS тема 27 (ААББ–ЛЛММ, следствия 101–104). Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com> |
||
|
avandClaude Opus 5
|
8ce2a29160
|
уставы вычитки: оговорка про поля меты и два рода «не своего»
Обкатка обоих проходов на тестовом наборе нашла два расхождения в правилах, которые я же и написал. «Одна мысль — одно предложение» не распространяется на поля меты. doc-wording предложил разбить «зачем» надвое, а task-format.md требует от него одного предложения: оно повторяется строкой индекса, и второму там не поместиться. Агент честно выполнил тот документ, который читал; виновато правило без оговорки. Оговорка записана и в доме language.md, и в уставе: тесно — сокращай, но не дели. «Не своё» бывает двух родов. Чужому подрядчику — строкой в границах покрытия, чтобы находка не пропала. Машинной проверке — вообще ничего, даже строкой: это не потерянная находка, а уже проверенное. doc-wording отправил в «замечено не по моей части» открытый вопрос в задаче, который ловит tasks.py check, и строка получилась шумом, выглядящим как работа. Разделение прописано в обоих уставах. DECISIONS тема 24 (ХХХ, ЦЦЦ, следствия 94–95). Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com> |
||
|
avandClaude Opus 5
|
6609012696
|
вычитка разделена на два прохода: task-form и doc-wording
В уставе стоял заголовок «Форма записи — только для docs/tasks/items/»: условная половина, которая на документе канона молчит, а на задаче включается. Условное правило агент применяет по своему усмотрению, а усмотрение и есть то, чего от него не ждут. Два коротких устава без условий надёжнее одного длинного с ними. Разделены не по охвату — по глубине. Язык проверяется по словам и фразам, поштучно: залог, оценки, стоп-слова, англицизмы, жаргон. Форма записи требует понять, что задача делает, и открыть файл цели, на которую она ссылается, чтобы сверить, какую строку «Завершения» задача двигает. Слитый проход одну половину делает дорогой, а вторую — поверхностной. Отсюда и разные модели: doc-wording на sonnet, task-form на opus. Первый подметает, второй судит смысл, и ровно на суждении обкатка показала провал. Каждый устав отказывается от чужой половины прямо: увиденное не по своей части идёт строкой в границах покрытия, а не находкой. Две проверки одного места расходятся и начинают спорить. Исключение ровно одно и названо: неудачное слово в заголовке судит task-form, потому что заголовок целиком его. У task-form появилось шестое правило, которого не было ни у кого: связь задачи со строкой «Завершения» её цели. Оно единственное читает больше одного файла и единственное смотрит набор, а не запись — строка «Завершения», к которой не относится ни одна поданная задача, докладывается отдельным блоком. Это граница между вычиткой и разбором, проведённая внутри правила. Порог правки переехал в language.md помеченным домом «порог-правки» и копируется в оба устава: правка без нарушенного правила не делается, систематичность нарушения — не довод в его пользу. Дублировать его руками значило бы получить два разных порога через месяц. Копий стало шесть при пяти домах. Порядок вызова — сперва task-form: его находки меняют решение «брать или не брать», а язык меняет только цену чтения. DECISIONS тема 23 (ССС–ФФФ, следствия 91–93). Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com> |
||
|
avandClaude Opus 5
|
ca71838037
|
агент вычитки переименован в doc-wording и расширен на все документы
Имя пришло из задач, но правила языка относятся ко всем проектным текстам: документам канона, решениям ADR, запискам разведки. Форма записи — вторая половина устава — верна только для файлов docs/tasks/items/, и теперь это сказано заголовком раздела, а не подразумевается. Вход расширен: список файлов или каталог, вперемешку тоже. Обкатка на тестовом наборе из 13 записей показала дыру в пороге вмешательства. Агент нашёл, что раздел «Затрагивает» в нескольких записях называет не только границу, но и её будущее состояние, — и промолчал, объяснив это принятым стилем каталога. Записи писал один агент за один заход: систематичность здесь значит ровно обратное — правило не применялось вовсе. В устав добавлено: одна и та же ошибка в пяти файлах даёт одну находку на весь набор с перечнем, но не даёт права промолчать. Принятым стилем считается только то, что назвал зовущий или что записано в конвенциях проекта. Единственная находка агента попала в слово из собственного скилла. «Цель про станок, а не про игру» — метафора, перенесённая в тестовую запись из tasks/SKILL.md. Проверка показала худшее: «станок» в каноне уже занят, «общий станок» это красная проверка, врывающаяся в замороженный спринт (canon.md, session/SKILL.md). Одно слово в двух смыслах, тот же класс, что и «окружение» в теме 19. Заменено на «работа над инструментом и процессом» — как названа и секция роадмапа. DECISIONS тема 22 (ППП, РРР, следствия 89–90). Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com> |
||
|
avandClaude Opus 5
|
2d69ab691e
|
язык проектных текстов — один дом и информационный стиль
Языковые правила лежали внутри скилла tasks: англицизмы, неизвестные термины, «сложность формулировки — не признак сложности работы». Три пункта из практики, без общей опоры и без ответа на «а что ещё сюда относится». Дом у языка теперь один — canon/references/language.md. Не в tasks, хотя пришли правила оттуда: они относятся к документам канона, решениям ADR, запискам разведки и сообщениям коммитов в той же мере, что к задачам, а каталог задач и сам часть docs/. Раскладка отвечает, где текст лежит, — этот файл отвечает, каким он должен быть словами. Основа — информационный стиль Ильяхова, взятый не целиком. Взято: полезное действие, глагол вместо отглагольного существительного, активный залог, факт вместо оценки, стоп-слова, одна мысль — одно предложение, параллельность, работающий заголовок. Отброшенное названо вслух, и это отдельный раздел. Инфостиль написан для текстов, где читателя надо удержать, а проектный текст читают потому, что надо. Парцелляция ломает причинную связь, а в решении ценность именно в ней. Запрет вводных целиком режет «если» и «в отличие от» — условия, то есть сведения. Скобки в технической записи несут уточнение: имя команды, единицы, слаг. Без этого раздела правило читается как «пиши короче», и первый же агент начинает резать «поэтому» и «иначе». «Снять корону с себя и надеть на клиента» переведено на здешнего читателя: клиент — ты сам через квартал и тот, кто возьмёт задачу. Таблицы англицизмов и жаргона взяты из скилла prepare-jira-text и дополнены; в устав агента они уехали помеченной копией. Устав обязан быть самодостаточным — он не разрешает пути плагина и не ходит по ссылкам, — а два дома у одного правила здесь уже трижды расходились. scripts/copies.py считает теперь 4 копии при 4 домах. У агента вычитки правил стало двенадцать, разделены на форму записи (только для задач) и язык (для любого проектного текста). Находки докладываются в этом порядке: форма меняет решение «брать или не брать», язык — только цену чтения. DECISIONS тема 21 (ЛЛЛ–ООО, следствия 86–88), changelog канона v3 — пункт 6 и шаг переезда «прочитать и ничего не переписывать задним числом». Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com> |
||
|
avandClaude Opus 5
|
0c8390d774
|
форма записи: заголовок отвечает на вопрос своего типа
Обкатка скилла tasks на выдуманном проекте — консольные крестики-нолики на JavaScript, каталог заведён с нуля тем же скриптом. Форма вылезла раньше содержания, и правки все про неё. Заголовок отвечает на вопрос типа записи, и форм три: цель — утверждение о возможности, задача — глагол в неопределённой форме (допускается «не» перед ним), идея — назывное, без обещания. Причина не стилистическая: описательный заголовок называет состояние, а из состояния не видно, чего от работы ждут — «Ничья объявляется, пока клетки есть» одинаково читается как жалоба и как задание. Отсюда же разница индексов: роадмап — список возможностей, беклог — список работ, и перепутанные формы делают каждый похожим на другой. Механизировано ровно то, что механизируется: check считает заголовки, где первое слово не на -ть/-ти/-чь, и печатает число в блоке здоровья. Замечанием на файл нельзя — эвристика грубая, а на 97 записях двух живых проектов это поток одинаковых строк, после которого пропускают весь блок. Годность формулировки судит отдельный агент task-wording, а не чек-лист в скилле: сейчас формулировку пишет и проверяет один агент в одном контексте, а самопроверка текста слабее всего там, где формулировка казалась удачной при написании. Он ничего не правит — возвращает готовые формулировки, и заголовок с «зачем» показываются человеку, потому что по ним задачу выбирают. Ничего из того, что ловит tasks.py check, он не трогает намеренно: это был бы второй дом для правила. Заголовки секций — с прописной, после заголовка пустая строка, во всех индексах. Канонические имена стали Готово | Запланировано | Направления | Разработка (англ. Done | Planned | Directions | Tooling), сверка везде по нижнему регистру, так что старые индексы читаются по-прежнему. Отбивка живёт на записи, а не на вставке: через Plan.index проходит каждая правка индекса, а мест вставки три. Имя секции принадлежит заголовку индекса, файл на неё только ссылается. Это разрешает единственную неоднозначность починки — расхождение в одном регистре правится в пользу заголовка. Без него переезд на канон оставил бы «Готово» в роадмапе и «готово» в каждом файле цели, и свести это было бы некому. Регистр правится только у канонических секций: имена секций беклога выбирает проект. Обкатка нашла два дефекта, которых не находили ни линтеры, ни свои проверки. Вставка в пустую секцию съедала отбивку перед следующим заголовком — пропуск пустых строк теперь идёт только до первой непустой. Мета, разорванная пустой строкой, теряла поля молча: check видел лишь следствие («без рода работы») и советовал edit --kind, который дописывал второе такое же поле. Поле меты в теле стало ошибкой с названной причиной, и --fix её намеренно не чинит — какое из двух значений верное, знает человек. DECISIONS тема 20 (ЕЕЕ–ККК, следствия 82–85), changelog канона v3 пополнен двумя пунктами и двумя шагами переезда, TODO — два шага для healthlog и jellybit. Co-Authored-By: Claude Opus 5 (1M context) <noreply@anthropic.com> |